Предупреждение: эта статья первая в серии, можно сказать, вводная.
Задам вам вопрос: «Какой он – китайский менталитет?». Не спешите, подумайте. Что вы ответите? Что китайцы трудолюбивые? Или хитрые? Находчивые? Трусливые?
Хоть это и тема, которую можно обсуждать до бесконечности, ни ваш ответ – ни мой вопрос – не имеют никакого смысла, ведь менталитет – лженаучное понятие. И правильнее всего было бы сказать, что менталитета, да ещё и китайского, не существует.
«Но как же так?» - спросите вы. – «Разве можно отрицать схожее мировосприятие, умонастроение народа? Это же заложено в языке, культуре, в общепринятых нормах!». И вы будете в чем-то правы, но это «что-то», однако, не перекрывает другого, более значимого фактора, о котором пойдёт речь ниже.
Времени.
Само понятие «менталитет» загоняет нас в софистскую ловушку «Ахиллеса и черепахи». Соглашаясь, что существует склад ума, способ мышления, роднящий и объединяющий группу людей, мы не задаем никаких промежутков времени, словно заявляем: «Менталитет неизменен».
Даже Лермонтов, размышляя в куда более скромных временных рамках, чем тысячелетняя китайская история, пишет: «Эх, были люди в наше время! Не то, что нынешнее племя». И речь идет о десятилетиях, за которые успели поменяться жизненные реалии, а с ними ценности, мировоззрение, ориентиры.
Так давайте ещё раз зададим себе вопрос: «Какие они – китайцы?». И уточним: «Наши современники». С которыми многим изучающим язык нужно будет работать, учиться, дружить и просто контактировать.
На этот вопрос вам не ответят пространные биографические книжки тех, кто побывал в Поднебесной и «всё про неё понял». Вместо этого советую обратить внимание на исследовательский проект Р. Ингхарта «Всемирный обзор ценностей».
Подробнее о нём я расскажу в будущих статьях.