На консультации семиклассник Ярополк, как на семейном фото, сидит в окружении родителей. Простой текст на полстраницы он списывал полчаса, сделав там 14 ошибок. Ничего особенного: с таким письмом приходит практически каждый школьник. О чем был текст, он вспомнить не смог:
– Ну это, как его... Не помню. Вроде про... Не, не знаю. Забыл.
На просьбу назвать хоть какую-нибудь (любую) известную ему книгу семиклассник после долгого молчания выдавил из себя:
– Ну, это… Я не знаю.
Отец в это время сидел, уткнувшись в телефон. А мать вдруг ошарашила вопросом:
– Скажите, а сколько ребенок должен прочитать книг в неделю?
Свой нелепый вопрос она объяснила так:
– Хочу приучить ребенка к чтению. Вот и хочу узнать, сколько нам примерно надо книг сразу приобрести.
Я назвала адрес независимого книжного магазина. Там и товар лицом, и сверхкомпетентный продавец удовлетворит любой запрос и с радостью укомплектует джентльменский набор для недорослей любого возраста.
А какой тут мог быть конкретный ответ? Семья спокойно жила-поживала безо всяких там книг, пока у сына не начали пробиваться усы. А теперь решили, что пора: но вот как, если никаких книг в доме отродясь не водилось, а великовозрастный "ребенок" вообще с трудом представляет себе, как выглядит книга, потому что никогда не видел отца и мать за чтением.
Даже если поход в книжный магазин состоится и книга будет куплена, "ребенок" не притронется к ней. Не притронется и мать. Потому что у них нет ни навыка чтения, ни понимания, как это делать. Так, наверное, можно спросить у специалиста-диетолога: сколько котлет или яиц "ребенок" должен съесть в неделю. Но книги – это не яйца и не пельмени. К 14 годам человек обычно определяет круг своих предпочтений сам, без участия родителей. Общение с книгой у любого настоящего читателя – занятие сокровенное и глубоко личное.
Нечитающий родитель, который сам не помнит, когда держал в руках книгу последний раз – сомнительный авторитет. Предлагать подростку "интересную" книгу – то же самое, что пытаться заставить сына заинтересоваться некой положительной подругой, которую ему нашла мать по своему вкусу.
Надо еще учитывать и объективные причины, "почему он не хочет читать". Подростки, пишущие с большим количеством ошибок, имеют сходные проблемы и с чтением. Им трудно сосредоточиться, смысл печатного слова убегает от них, содержание текста доходит с трудом. На наших занятиях мы восстанавливаем письмо за счёт развития внимания. Тренинги по работе с алгоритмами укрепляют нейропсихологический статус подростка – это видно по резкому снижению количества ошибок на письме. Логично, что при этом также изменяется не только скорость чтения, но и способность воспринимать, что гораздо важнее. Чтение перестает быть докучной обязанностью и мучительным процессом, истощающим внимание. Мы пробуждаем интерес подспудно через свой оригинальный контент. Все наши тексты, с которыми подростки работают занятиях, написаны в том числе и с этой целью. Они просты, но не примитивны, в них действуют узнаваемые персонажи, которые говорят внятным языком, в них есть захватывающая интрига и подростковая постирония. Они служат задаче не только повысить грамотность, но и пробудить интерес и привычку к чтению. Сочинять эти тексты – самая любимая часть моей работы. И очень скоро человек ищущий, ориентированный на познание и развитие, найдет и подходящие книги, и круг общения по интересам, и людей, к чьему мнению он прислушается. И надо понимать, что необязательно это будут родители и другие родственники.
