15 подписчиков

Игорь пожал его руку, но не отпустил её.— Вот и поезжай в свой лагерь. А отсюда уходи. А то ещё свалишься, мокрое место останетс

11 октября 202111 окт 2021

1 мин

Игорь пожал его руку, но не отпустил её. — Вот и поезжай в свой лагерь. А отсюда уходи. А то ещё свалишься, мокрое место останется. — Это мой чердак... — сказал Клим. — Иди, иди, — сказал Игорь. — Он потянул за руку мальчишку и осторожно, но решительно протолкнул его в чердачное окно, — и не смей больше сюда лазить. Мальчишка ушел, обиженно бормоча: «Это мой чердак» — а Игорь стал осматриваться, прикидывая, где бы получше установить антенну, и решил, что самое подходящее место — на краю крыши, у низкой и толстой кирпичной трубы, по соседству с крышей другого, такого же четырехэтажного дома. Между стенами обоих домов оставалась щель, узкое пространство, — можно легко перескочить, да зачем? Игорь только слегка наклонился и, чтобы не поскользнуться на влажной крыше, держась рукой за трубу, заглянул в щель. Из темной глубины пахнуло сыростью. Что находилось на дне, рассмотреть было нельзя: туда не проникал дневной свет. Игорь подумал, что Симка наверняка назвал бы это место

Игорь пожал его руку, но не отпустил её.

— Вот и поезжай в свой лагерь. А отсюда уходи. А то ещё свалишься, мокрое место останется.

— Это мой чердак... — сказал Клим.

— Иди, иди, — сказал Игорь. — Он потянул за руку мальчишку и осторожно, но решительно протолкнул его в чердачное окно, — и не смей больше сюда лазить.

Мальчишка ушел, обиженно бормоча: «Это мой чердак» — а Игорь стал осматриваться, прикидывая, где бы получше установить антенну, и решил, что самое подходящее место — на краю крыши, у низкой и толстой кирпичной трубы, по соседству с крышей другого, такого же четырехэтажного дома. Между стенами обоих домов оставалась щель, узкое пространство, — можно легко перескочить, да зачем?

Игорь только слегка наклонился и, чтобы не поскользнуться на влажной крыше, держась рукой за трубу, заглянул в щель. Из темной глубины пахнуло сыростью. Что находилось на дне, рассмотреть было нельзя: туда не проникал дневной свет. Игорь подумал, что Симка наверняка назвал бы это место «Ущельем вечной тьмы» или как-нибудь в этом роде...

Десять минут спустя Игорь уже торопливо входил в школьный двор.

— На прошлом уроке вы задали мне вопрос: что находится за стеной школьного двора? Сегодня я могу ответить: мастерские Энергостроя. Что в них производят, мне узнать не удалось, потому что туда так просто не пускают. Но если вас это интересует, я попрошу нашего директора написать письмо начальнику мастерских, и мы устроим экскурсию туда. А сейчас я хочу познакомить вас с очерком, напечатанным в сегодняшней газете. Вячеслав, изволь сесть прилично: убери с парты завтрак и оставь в покое свои волосы. Причесывать надо было до урока.

Пока Инна Андреевна развертывала газету, Игорь быстро написал записку, свернул её и сунул сидящему впереди мальчику.

— Передай дальше.

Бумажка отправилась путешествовать по рукам... Наконец Инна Андреевна заметила её.

— Нина Логинова, что за записку передали тебе? От кого она?

Толстуха Нинка стояла вся красная, такая уж у неё глупая особенность — краснеть по любому случаю, и теребила в своих пальцах-коротышках злополучную записку. Ясно, сейчас все выложит.

— Это почерк Игоря Соломина, Инна Андреевна. Тут написано — Славке Оболину.