Кира собиралась в институт. Тянуть с этим уже было некуда: рожать срок через неделю, а у нее еще последний экзамен остался. Еще спасибо, в деканате разрешили сессию досрочно сдать, а то как бы она потом с ребенком выкручивалась?
(Про начало беременности - здесь: На огурчики потянуло?)
А сегодня все удачно совпало: экзамен остался по советской литературе, с преподом нужно на завтра договориться, и как раз лекция сегодня. А лекции Витольда Карповича Кира просто обожала! Да и не она одна: когда у них шли лекции о Маяковском или Есенине, в аудитории сидели даже на подоконниках и на полу верхних рядов. Приходили студенты с других курсов, факультетов и даже институтов!
Да и Пузик вел себя сегодня почти спокойно. Кира давно решила, что у нее будет сыночек. Девчонки ей по крови как-то там высчитывали, да и живот у нее был «огурцом», что, по мнению знающих, было верным признаком – мальчик. И пинался ребенок так, что не иначе – футболист! К тому же, Кире однажды приснилось: ведет она за руку мальчика, лет трех, и называет его Мишей. Так что и имя у будущего ребенка уже есть. Ну, а пока он не родился, Кира называет его про себя «Пузик». Тем более что пузик-то у нее – ой-ой-ой! Врач каждый раз сомневается, не двойня ли, и каждый раз убеждается, что нет.
Ого! Кира даже присвистнула. После вчерашней оттепели сильно приморозило, и теперь все дорожки были абсолютным стеклом. И как она пойдет? А если вдруг упадет? Скорее, вдруг – относится к «не упадет»… Может, лучше не ходить? А экзамен?
Так. А если идти очень-очень медленно, по самому краешку дорожки? Там, между дорожкой и снегом, вроде бы, такая шершавая полосочка.
Кира пошла потихоньку. Кажется, ничего, идти можно.
Вдруг она услышала сзади жизнерадостный разговор двух парней и остановилась, чтобы их пропустить – не дай Бог, толкнут, нарушат ее хрупкое равновесие.
Парни обошли ее, и один повернул голову:
- Благодарю Вас, прекрасная… Оппа! – взгляд его уперся в Кирин внушительный пузик.
Надо отдать ему должное – он мгновенно оценил обстановку и понял, почему Кира стоит.
- Прекрасная, – подчеркнул он голосом, - незнакомка! А как вы до метро-то дойдете по этой скольжине?
- Ну, как-то надо идти, - улыбнулась Кира. – Ничего, потихоньку.
- Так. – Парни переглянулись. – Знаете что? Возьмите нас под руки, мы Вас доведем.
- Да ладно, ребята. Я же быстро не могу, а вы, наверное, торопитесь. Дойду потихоньку, - повторила Кира.
- Никаких «потихоньку»! Сейчас домчим мигом! – подмигнул второй. И, увидев, что Кира опять собралась возражать, успокоил: - Не бойтесь, мы аккуратно!
- И вообще, товарищей в беде не бросаем, - засмеялся первый.
Они с двух сторон взяли Киру под руки. Кира, уже поняв, что это ее шанс добраться до метро, тоже крепко взялась за «спасателей».
И ребята, и правда, быстро и бережно доставили ее к безопасным, отчищенным ото льда, ступенькам. Самый скользкий участок она просто проехала, как на коньках, не переставляя ноги, а просто скользя по льду. Она даже засмеялась от удовольствия – такой легкой она вдруг себя почувствовала, впервые за последние месяцы!
А ребята даже не выслушали ее горячую благодарность – опять подмигнули, засмеялись, и убежали к турникетам.
Быстро-то быстро они ее «доставили», но все-таки Кира потеряла много времени, поэтому на лекцию еле успела. Она торопилась, как могла, Пузик уже вовсю протестующе прыгал в животе, и все равно в аудиторию вошла сразу за преподавателем. Хорошо хоть, каким-то чудом на самом первом ряду оказалось свободное место!
Кира уселась. Пузик прыгал так, что платье совсем уж неприлично просто ходило ходуном. Она сложила руки поверх живота – замаскировалась – и мысленно уговаривала Пузика успокоиться: «Ну все, все! Не сердись! Уже пришли, сейчас посидим, отдохнем!».
Витольд Карпович, по всегдашней своей привычке, ходил вдоль первых рядов. Вдруг взгляд его остановился на Кирином животе. И именно в этот момент Пузик решил еще раз взбрыкнуть: под Кириной рукой на платье появилась отчетливая выпуклость!
Глаза Витольда расширились. Он наклонился к Кире и тихо проговорил:
- Вам плохо? Может быть, Вам нужно выйти?
- Нет-нет, - покраснела Кира. – Все в порядке, спасибо! Извините…
Витольд пожал плечами и продолжил лекцию.
«Пузик, не хулигань, пожалуйста!» - взмолилась Кира. «Вон, преподавателя напугали, а он старенький!»
Пузик как будто понял, и, правда, успокоился. Витольд еще пару раз опасливо взглянул на ее живот, но потом тоже успокоился и, как обычно, прочитал такую лекцию, что студенты – мыслимое ли дело! – уходить не хотели. Наконец, все разошлись, и Кира смогла подойти к преподавателю. Она, смущаясь, объяснила, что сдает досрочно сессию, что все разрешения есть, и спросила, можно ли сдать завтра, во время зачетов младшего курса.
- Завтра? – задумчиво проговорил Витольд Карпович. – Тогда Вам придется опять сюда приходить? А Вам же, неверное, тяжело?
- Да нет, ничего, я потихоньку, - в который раз за сегодня повторила Кира.
- Вот что. Экзамен я сейчас у Вас приму, – решительно заявил преподаватель. – Все равно, я думаю, за день Вы лучше подготовиться, чем сегодня, не сумеете.
- А как же ведомость? - растерялась Кира.
- Ведомость мы с Вами потом возьмем. Сходим вместе в деканат, и возьмем, - успокаивающе погладил ее по руке Витольд. – Садитесь!
- Ну, итак. Что Вы читали из списка литературы?
- Да я все читала, - заторопилась Кира.
- Ну, вот и расскажите мне о том произведении, которое Вам больше всего нравится. Главная мысль, скрытые смыслы, настроение автора… ну, и так далее.
Кира начала рассказывать о «Прощании с Матерой» Валентина Распутина. Она говорила, и вдруг увидела, как расширяются глаза Витольда.
«Что-то я не то говорю?» - мельком удивилась она, но продолжала.
Наконец, Витольд остановил ее.
- Хорошо, спасибо, - спокойно сказал он. – Четверки Вам достаточно?
- Конечно… - пробормотала Кира. Она видела, что Витольд Карпович не очень-то доволен ее ответом.
Витольд, как и обещал, сходил с ней в деканат, взял ведомость, поставил оценку, и ей в зачетку тоже (удача, что Кира не выложила ее из сумки после предыдущего экзамена!). А Витольд опять заулыбался:
- Ну, всего доброго Вам! Надеюсь, что следующий Ваш, главный экзамен, – он показал глазами на ее живот, – будет удачнее, чем сегодняшний! - И ушел.
Кира недоумевающе пожала плечами. И что ему не понравилось-то?
И только вечером, когда она отлежалась и пришла в себя, с ужасом поняла, какую ахинею она несла: сложила в одну кучу аж три Распутинских повести… Бедный Витольд Карпович! Что он испытывал, наверное, во время ее «ответа»!
***
Что было дальше? - здесь
#рассказыизжизни#жизньвссср