Как интересно, у нас, однако, озаботились проблемой личного пространства ребенка и его освобождения от удушающей заботы родителей!
Оказывается, где-то была идея трансляции уроков из класса через приложения. Ну и не только уроков, но и того, что происходит в школе на переменах.
И вот заместитель главы Министерства просвещения России Александр Бугаев по этому поводу заявил — это, во-первых, незаконно, а, во-вторых — вредно. Мол, ребенок должен иметь право на личное пространство, а родители не должны душить его своей заботой и опекой.
О том, что ребенок должен иметь личное пространство я писал много раз. Однако в связи с заявлением господина Букаева у меня возникает множество вопросов.
Вот смотрите, у нас, в Москве, есть возможность полностью контролировать день ребенка с помощью того же Москвенка. Во сколько ребенок зашел и вышел из школы, что он там съел и так далее. Думаю, нечто подобное есть и в других городах.
Интересно, это нарушение личного пространства и удушающая опека с заботой — или нормально? Судя по всему, нормально, раз Москвенок не только не запрещают, но еще и всячески продвигают.
Камеры, размещенные в школьных и дошкольных учреждениях — это нарушение личного пространства детей, или нормально? Вообще камеры помогают обеспечивать безопасность, потому вроде как с ними все ок.
А советы контролировать социальные сети детей, проверять переписку и прочая, чтобы они не попали в руки всевозможных проплаченных госдепом злодеев, которыми так любят нас всех пугать борцы за счастливое и безопасное детство — это нормально?
Ни от кого из Минпросвщения я ни разу не слышал возражений или призывов не душить ребенка заботой и опекой в таком случает. Так что подобное, судя по всему, вторжение в личное пространство считается правильным.
Тогда, внимание, вопрос: почему ненормально родителю видеть, что происходит в классе или на перемене?
Ведь сколько проблем с дисциплиной это может разом снять. Хамит ребенок на уроке преподавателю — а это его родители видят, это не надо им доказывать, как это подчас бывает, что родитель глядя учителю в глаза заявляет, что тот ему врет.
Или преподаватель топает ногами, визжит, раздает ученикам диагнозы, связанные с умственной отсталостью и прочим, неподтвержденные врачами… И тут ничего никому доказывать не придется.
Даже случаи буллинга — что со стороны одноклассников, что со стороны педагогического состава — будут случаться перед глазами родителей. И больше никаких долгих и муторных расследований -виноват ли педагог, завуч, директор, в том, что мальчишку или девчонку затравили до нервного срыва. И никаких поисков виновных — вот они, у всех перед глазами. И записи с вопиющими случаями не будут исчезать, как это случается.
Вроде как только хорошо, разве нет?
Но, похоже, нет. Не желает школа становиться «открытой», причем причины, почему не хочет — не озвучиваются. А для многих они, эти причины, объясняются просто — не желают сор из избы выносить. Выглядит это именно так…