В наваристые времена середины 90х многие редакции могли себе позволить сравнительные тесты. Кто шампуни сравнивает, кто телефоны, кто газонокосилки… Каждый во что горазд. Баловались этим и у нас, был даже специальный отдел — испытаний. Тестировали, как говорится, вместе, поврозь и попеременно. Целый спектр товаров.
Аудитория — а она была весьма обширной — относилась к таким материалам благосклонно, ну редко-редко кто пытался очернить испытателей накатами и откатами. Так бы дело и шло, но взялись в редакции проверять автомобильные аккумуляторы. Как осень, так купят штук двадцать разных марок и отдают в заслуживающую доверия государственную организацию.
Ничего сенсационного и в этот раз не ожидалось, похожий тест делался и год назад, и за год до того. Разве что включили в список новинку, которую раньше не испытывали — аккумуляторы Гоппеке. Реклама обещала, что такие ставят на конвейере… мало что не Ягуара с Бентли. Ну на немецкие марки точно. А в заводскую комплектацию кого попало-то не возьмут, всякому понятно.
Что бы вы думали. Эти самые Гоппеке тестирование провалили: оказались по всем показателям в аутсайдерах. Опять же, бывает, разве что рекламный отдел потом кричит-орет: «Так нельзя! Это же наш рекламодатель! Уйдет - деньги уведет!!!» Но рекламщикам тыкали в нос бумажку про независимость редакционной политики, и все затихало до следующего раза. Орали они и сейчас:
- Гоппеке! Огромный бюджет! Европейский производитель! Снимет все публикации!!!
Короче, все в штатном режиме, и вдруг…
Испытатели сидели от нас за гипсокартонной стенкой, оттого децибелы обсуждений ощущались прямо над ухом. Что позволяло чувствовать пульс. Однако когда гипертония, так сказать, превзошла обычные рамки, я заглянул в испытательскую комнату. Главный тестировщик Валера, красный как рак, орал в трубку:
- Нет, мы не предоставляем контакты экспертов! Да, пишем, что считаем нужным. Какие деловые репутации, вы заняли даже не последнее место! Да мне без разницы, на какие конвейеры, мы купили и мы проверили!
И все в таком духе. По опыту предыдущих тестов, обиженные коммерсанты вскоре выдыхались и шли на мировую. Но тут явно попала коса на камень: уже несколько раз упоминался суд, потерянные мильЁны и прочие ужасы.
- Ну, что там? - спросил я, когда Валера, наконец, бросил трубку.
- Подают в суд. Мы им, типа, всю торговлю сломали. Ну что, буду звонить юристам и безопасникам. Наедут еще, чего доброго.
Валерин лоб прорезала новая морщинка, и это было понятно. Предстояли неприятные хлопоты с неясным результатом.
- Ага. И как что доказывать?
- Ну как. Лаборатория государственная, сертифицированная… Одно плохо, если их тащить в суд, они могут с нами потом уже неохотно сотрудничать. Но какие варианты?
Я пошел к себе, а в голове на какую-то варварскую мелодию крутилось - «какие варианты, какие варианты».
Вообще интересно, кто это такие, Гоппеке? А сейчас посмотрим. Отчего бы не опробовать только что появившуюся фишку — поисковик? Так-так-так. Австрийская фирма, поставщик конвейеров… Это мы и сами знаем. Сайта у фирмы еще не было, однако поиск дал адрес, мейл и факс. Уже неплохо. Но вот теперь думаем. Фирма в Австрии. Представительства нет. То есть, наезжать будет не она сама, а какие-то московские дилеры. Которые, может, европейскую хартию о правах человека не разделяют?
- Алексей! Давайте письмо напишем. Я скажу, о чем, а вы его максимально убедительно изложите на немецком.
- Айн момент! Напишем, какие вопросы.
Алексей — это мой коллега. Прекрасный технарь, знавший немецкий просто в совершенстве. Потому поручение досталось ему. В письме мы рассказали о тестировании батарей и попросили комментарий — как фирма Гоппеке представляет себе технические характеристики своих изделий? И, чтобы не путаться, приложили фото тех, которые побывали на нашем тесте.
Ответ пришел назавтра утром, и от него просто струилось недоумение. Аккумуляторов в таких примитивных корпусах фирма не выпускает, более того, и никогда не выпускала. Сам господин Гоппеке обеспокоен и планирует приехать в Москву для переговоров со своими «дилерами», а также для поиска нормальных представителей.
Мы не стали таить от него мейл самозванцев, и, в принципе, для редакции эта история полностью закончилась — больше никаких звонков, разборок, юристов и судов. Все стихло, как и не было.
Месяца через два пришло еще одно письмо от г-на Гоппеке. Оно опять было эмоционально окрашено — на сей раз растерянностью. Он спрашивал, что за недипломатичные парни встретили его в Шереметьево, когда он прилетел в Москву? Они вручили ему обратный билет на этот же день, и посоветовали никуда не выходить и ни с кем не говорить. А поспешить к семье, которую он, наверное, любит, в родную Австрию.
Что он и сделал, отказавшись вести бизнес в России.
Правда, и те батареи Гоппеке из продажи вскоре исчезли: они переименовались в Гопп-бэтэри.
Вторая «п» в названии явно была лишней.