— А знаешь, я, кажется, вывела универсальную формулу никуда не годного мужчины. Никогда она меня не подводила.
Это сказала Нинка, которая сидела с подругой Машкой на кухне.
Машка заинтересованно посмотрела на подругу. Нина продолжила:
— А все просто. Есть у мужиков одна фраза, которая выдает их с головой. Хотя и звучит безобидно совсем. Кто-то даже слышит в этой фразе заботу. «Если тебе надо что-то — скажи».
— Да ладно тебе. Ничего особенного. Все это говорят.
— Неа.
И Нинка рассказала историю.
Петр был всем хорош. Молодой, спортивный, с чувством вкуса все в порядке. Джинсы по фигуре, а не какие попало. На обед в офис носил гречку, курицу и овощной салат. От пончиков и пиццы, которые приносили коллеги на праздники, отказывался — берег фигуру. Иногда читал книги (сплошь модные новинки). Писал без ошибок. Говорил красиво поставленным голосом, внятно, уверенно.
Хороший, в общем, парень. Положительный. Они с Ниной встречались месяц, другой, полгода.
Раз в месяц Петр аккуратно водил Нину в недорогой ресторан, платил по счету, оставлял ровно 10% чаевых. Подарков не дарил. Проявлял участие: сочувствовал, когда она простудилась, слал смешные картинки с котиками. Интересовался, кем она себя видит дальше в профессиональном плане.
Однажды полюбопытствовал, как у Нины отношения с родителями. Узнал, есть ли братья и сестры. Потом небрежно спросил, в какой квартире живут родители. Планируют ли ее включить в наследство. Ну и все на этом.
И было у Нины от него ощущение, как от салата в пакете. Вроде все помыто, чистенько, и целый микс разной зелени в составе, витамины и минералы на месте, а ощущение от этого блюда — трава травой, никакой радости, как ни соли, как ни перчи.
«Никакой.»
Когда у Нины заболела мама — гипертонический криз, скорая, все перепугались, было подозрение на инсульт, но обошлось, к счастью, — так вот, когда заболела мама, Нина бросилась к ней. На неделю осталась рядом, спала на диване в соседней комнате. Купила лекарства, таблетницу красивую. Ходила в магазин вместе с мамой, потому что врач прописал диету, а мама по старой памяти могла схватить сосиски на завтрак или быструю овсянку в пакетике на ужин. В общем, траты, хлопоты. По врачам возить надо, обследовать. Закрутилась, Пете позвонить некогда.
Он позвонил сам, через шесть дней. Нина рассказала про маму. Петр помялся секунду-другую, потом сказал ровным голосом:
— Ну, ты это. Если надо что — говори, ладно?
Нина открыла было рот, чтобы сказать, что надо, надо. Не денег. Поддержки. Человеческого участия.
Но Петя уже положил трубку.
Потом еще один был у Нины ухажер.
Любил рассказать, что работает в центральной районной больнице, занимает важную должность. Светило медицины! Все двери ему открыты, всюду ему рады. Ты, Нина, если надо что — говори.
Нина не говорила.
Потому что странно попросить: «Подари мне цветы.» Она любила лилии, но и другим цветам бы тоже обрадовалась. А Василий Андреевич не дарил ей цветов.
Того страннее было сказать: «Когда снова придешь к ужину, принеси пирожных из моей любимой кондитерской и сыра можно, дор блю.» Потому что Василий Андреевич, занятой человек, приезжал в пятницу вечером к Нине сразу после работы. И всегда с пустыми руками.
В общем, так и не довелось Нине сказать о том, что нужно. Она просто занесла телефонный номер Василия в черный список.
А вы говорите любимым, если вам что-то нужно?