Отправили меня в начале нулевых годов в командировку в старинное поморское селение на берегу Белого моря. Задача была простая. Посетить местный колхоз, хотя это раньше был мощный рыболовецкий колхоз, а теперь стал акционерным обществом, где выращивали пару десятков коров, да работал маслобойный заводик. Вот продукцию этого заводика я должен был посмотреть. Наперед скажу, что заводик как заводик, а масло как масло. Ни чего плохого там не было. Удивительным было сама поездка и впечатление от жизни потомков древних поморов.
Все началось рано утром. Часов в 5 утра. В назначенное время меня подобрали электрики на полугрузовом УАЗике. Мой начальник связался с их начальством электриков и попросил их отвези меня туда, а потом вернуть «на родину». Я вначале не понял, почему электрики. Оказалось очень просто. В селе работала дизельная электростанция. Каждую неделю туда отправлялась машина с проверкой работы этого технического сооружения. А уазик, как я потом понял, был единственной машиной из класса легковых автомобилей и микроавтобусов, которые осенью могли проехать по грунтовым дорогам Севера. Что по разговору моих попутчиков, это происходило не всегда. Порой приходилось возвращаться обратно, не справившись с русской дорогой. Казалась это шуткой, но как только у первого мостика через ручей водитель с серьезным видом вылез из машины и тщательно стал осматривать конструкцию, то понял – всё серьезно. Таких остановок нам приходилось делать довольно часто. Оказалось, что весной и осенью по лесным грунтовым дорога ездят только КАМАЗы-лесовозы. Они разбивают дорогу и наносят вред деревянным мостам. Если не проверять их на сохранность, то можно и провалиться. Местные жители совершают поездки только летом (если погода сухая) и зимой, когда устанавливаются зимники – зимние дороги . В советское время летал самолет, но потом все пришло в упадок. Народу стало мало, молодежь выехала. Автобус пускать в эту даль стало нерентабельно. Население выживало как могло. Без работы, без дорог, без медицинского обеспечения и многого другого. По карте нам предстояло ехать чуть больше 150 километров, которые мы преодолели за пять часов.
Поморское село поразило меня своим контрастом. С одной стороны было видно, что когда-то это было многолюдное процветающее поселение. Теперь людей на улице я почти не встретил. По рассказу председателя акционерного общества, работы в селе нет. На его ферме трудится меньше десяти человек. Остальная часть жителей официально безработные. Но при этом, на пристани стояли лодки и катера с мощными японскими моторами, а во дворах – квадроциклы. Я впервые увидел эту технику только в этом селе, до этого я думал, что квадроциклы только для нужны для развлечения туристов. На мое немое удивление: «Как так может быть?» - председатель ответил: «Работы нет, живем лесом и морем, вся техника для работы». А ещё меня поразили телеантенны. Чтобы поймать хоть какой-нибудь сигнал их поднимали на десять метров над крышами домов. Так и стоит эта картинка перед глазами. Старинные добротные поморские дома, а над их крышами металлические трубы, устремляющиеся в небо, с какими-то рогами на конце.
А вот электростанция подкинула так и не решенный для меня вопрос. Сама станция вопросов не представила. Это было сооружение из двух вагончиков-модулей. В одном был установлен дизельный электрогенератор, а второй был жилой. Смотрители генератора работали вахтовым методом. Раз в две недели их привозили из города, а прежнюю смену увозили домой. Оказывается местные жители, которые могли, вкалывая до изнеможения, выносить на себе из леса не одну тонну ягод за сезон и ловить рыбу на маленьких катерах в холодном Белом море, не могли работать на электростанции. Инженер-электрик мне рассказал, что вначале пробовали нанимать на работу местных, но те часто уходили в запой. Не могла широкая поморская душа томиться в будке дизельной станции, и село периодически оставалось без электричества. В итоге было принято решение. На работу нанимать только людей с города. А поморы пусть и дальше ловят рыбу и собирают ягоды, коль им простая работа с гарантированным социальным пакетом не по нраву. Почему это так происходило, я так и не понял.