Женщина все лето ни с кем не общалась. А знакомых у нее пруд пруди. За жизнь накопилось. Идет по улице – с каждым вторым здоровается. А если на рынок заглянет, то полдня там и проторчит. Потому что все торговки – приятельницы. Иногда и подружки.
Почему полдня? Понимаете, с каждой пару слов сказать надо. А еще и выслушать. Людям же тоже о себе хочется рассказать. Вот и полдня.
В конце августа отправилась прогуляться. Все лето ни с кем не разговаривала. Люди ее, можно сказать, потеряли.
Не до разговоров. Потому что в середине мая купила новый холодильник. Недорогой, с рук. Ему всего пять лет. Он высокий и вместительный. Туда что угодно положить можно. И морозилка как амбар.
Затем с конца мая чуть ли не до середины июня из леса не вылезала. Черемшу собирала. Ее мелко нарезать надо. Листья частично убрать. Немного оставить можно.
Мелко порезать и посолить. На зиму. В черемше витаминов – умотаться. Пришлось раскладывать в полиэтиленовые пакеты. Чтобы места больше было. Пакеты не банки.
Забила почти всю морозилку. Затем принялась заготавливать для дочери. У нее тоже два холодильника.
Только-только черемша прошла, стала появляться земляника. Лето горячим было. А что делать? Утром пораньше встанешь – и в лес. Набрала ягод и сварила варенье. Вышло примерно две трехлитровых банки. Ну, и дочери, конечно. Она, бедная, много работает. И в выходные ей отдыхать надо.
Только от земляники опомнилась, пришла пора черники. И снова да ладом. Опять лес, опять варенье.
Банки три, наверное, получилось. Ну, и дочери, конечно. Все в холодильники спихала. Раньше в деревнях хорошо: кладовки со льдом были. А в наше время только холодильники.
Часть ягоды просто так заморозила. Пусть лежит: есть-пить не просит.
Немного времени уделила лекарственным разным травам. А куда деваться? Время сейчас такое: аптеки уж больно дорогие.
Вот такой монолог. Примерно. И заканчивала грибами. Что их нынче нет, потому что лето сухое и жаркое. Так что зимовать без грибов придется.
Ходила по рынку и рассказывала. А торговкам делать нечего. Покупателей немного. Постой-ка весь день без развлечений! Вот они и слушают про черемшу - с интересом. И про ягоду тоже. Иногда уточняющие вопросы зададут. Или расскажут, сколько они варенья заготовили.
Интересное общение. Жизненное. Потому что надо выкручиваться. Под лежачий камень, знаете ли, вода не течет.
В начале сентября вдруг стала плохо себя чувствовать. Головокружение и слабость. И давление ненормальное. Самое противное из всего этого – слабость. Это когда утром кое-как из постели вылезешь. И в течение дня тоже. Голова закружится, что за стенку приходится держаться.
Стоишь под душем, голову намылишь. Смыть надо. Глаза закроешь, а голова – в хоровод. Так вот, локтем в стенку упираешься – быстрее пену смыть, чтобы глаза открыть. А иначе упадешь.
Как-то утром был сильный туман. Ничего из окна не видно. И в это самое утро – жуткая слабость. И паническая атака – чтоб ей пусто было. Испугалась, как ребенок.
В интернете записалась на прием к участковому.
Доктор старенький, какой-то старорежимный. Как будто из XIX века. Вылитый Чехов на пенсии. Только не в пенсне.
Он стал спрашивать, какой у нее режим дня. Что она ест. Двигается ли. Гуляет ли. Спокойно ли живет. То есть, другими словами, в образе жизни и в настроении начал искать причины плохого самочувствия.
Долго слушал. Головой как-то странно кивал.
А потом сказал: «Ну, вы, голубушка, сами виноваты. Гробите себя. Гробите, - вот что я вам скажу, голубушка».
Понимаете, почти четыре месяца из квартиры не выходить – это и кошка заболеет.
А выйти-то как? Жара для сердца опасна. Утренняя прохлада для горла и легких. Вечером комары посидеть не дадут. В августе – мошка. Вот и просидела почти четыре месяца дома. Никуда не выходила. Набрала лишний вес и позеленела без воздуха.
Домоседка она. С детства. Боится три шага шагнуть. Зато фантазии!
Очень хорошая рифма: туманы и обманы. Хоть сейчас стихотворение пиши. Где туманы, там и обманы. Или: где обманы, там и туманы. Рифма, конечно, не новая. Но очень хорошая.
А старорежимного доктора не обманешь. Он вам без всяких там обследований-анализов правду всю скажет. Как Чехов.