Паша Коноплев будто бы жил двумя параллельными жизнями. Одна жизнь проходила в больнице среди пациентов с тяжелыми психиатрическими диагнозами. А во второй жизни он занимался научной деятельностью, изобретал, знал несколько иностранных языков, писал статьи в научные журналы, являлся народным депутатом. Но в одной и во второй жизни он был гением. Именно так было написано в его медицинской карте. Об удивительной и непростой судьбе этого человека написана книга «Вселенная Павла Коноплева». Это книга мамы гения Натальи.
Родителям дошкольника Паши рекомендовали отдать ребенка сразу в третий класс, ведь в 6 лет IQ Паши Коноплева был выше, чем у президента США. Наталья не хотела сокращать детство Павлика. Она говорила, что он должен отсидеть первый класс, как в армии, чтобы научиться себя вести на уроке, слушать учителя, общаться со сверстниками. Но отношения с первым учителем у мальчика не сложились. Первоклассник Павел Коноплев страшно раздражал учительницу. Возможно, поэтому в дневнике Паши стояли одни единицы и двойки.
Чтобы помочь сыну, родители обращались к разным специалистам. Среди них была молоденькая аспирантка, в будущем детский психолог Виктория Юркевич, которая стала заниматься с Пашей. Именно она и рекомендовала перевести мальчика в четвертый класс.
Перед началом учебного года директор школы не поверила, что мальчик сможет осилить программу четвертого класса, и устроила ему экзамен. Паша продемонстрировал даже те знания, которыми не обладали четвероклассники.
С 13 лет Паша начал осваивать первый советский компьютер БК-10, который выпускался только с двумя кнопками: включения и выключения. Все остальное для первой советской машины додумал Павел. Именно он создал первое программное обеспечение для советского компьютера. Он научил писать машину на русском языке, придумал шрифты.
Про мальчика начали говорить и писать в газетах. Он стал известен на всю страну. И все бы хорошо, но есть мнение, что очень многие одаренные дети кончают психиатрическими больницами. Этот процент высок. Павел также попал в эту грустную статистику. Девять лет Павел лечился в психиатрической больнице, но при этом продолжал учиться в МГУ (сюда он поступил в 15) и работать. О своей болезни Павел писал так:
«Из-за ужасных бедствий в моей жизни, я стал очень агрессивным. Разбил дорогую вазу, множество оконных стекол, чашек и очков. Меня принудительно перевели в психиатрическую больницу. Врачи давали мне лекарства всевозможных составов, но помочь не смогли».
Сегодня Наталья думает, что ее сыну поставили неправильный диагноз. Она называет его болезнь «скрытым диабетом». Это предположение подтверждает и тот факт, что психические срывы Павла проходили, когда он съедал конфету или печенье. Но самое страшное, что Павел сам поверил в свой диагноз (шизофрения) и принимал лекарства, которые имеют серьезные побочные эффекты.
– Паша злился на себя, – вспоминает Наталья. – Он был недоволен собой, что вляпался в такую историю, и не может из нее выбраться. В моменты этих вспышек чаще всего он разбивал свои очки. Почти каждую неделю я заносила их в ремонт. Конфетку поест – сразу успокаивается. Значит, ему сахара не хватало.
В разгар своей болезни Павел поступил в аспирантуру к профессору Павловскому, который занимался математическим прогнозированием будущего.
Однажды лечащий врач Павла увидел в его паспорте справку о том, что он студент аспирантуры. Врач не поверил своим глазам. Звонил Наталье и удивлялся в трубку: «Это правда? Так не бывает. Наши больные не могут этого».
Кто знает, как сложилась бы дальнейшая судьба Павла, если бы врачи пересмотрели диагноз и изменили тактику лечения? Но этого не произошло. Жизнь гения оборвалась в больнице в сентябре 2000 года. От сильнодействующих лекарств у Павла оторвался тромб. Молодому человеку было 29 лет.
Наталья не ищет виноватых, она говорит: «Я благодарю судьбу, что какое-то время он был с нами. Большое спасибо».