Пока белобрысый инстинктивно пытался поймать руками то, что осталось от маленькой и истеричной вампирши, я почувствовала… жалость? А что, могу побыть великодушной, ведь некому больше с наглым видом ошиваться возле моего профессора и бросать туманные намёки не пойми на что.
начало рассказа: "С ней что-то не так"... (назад)
От этой мысли настроение резко улучшилось, и я по-настоящему заглянула в ошалелые глаза белобрысого. Там царил неподдельный ужас, он шарил пальцами в пыльной луже и смотрел так, словно не верил, что это произошло. Что мой профессор только что действительно уничтожил Аню.
Неловкое движение — захотела погладить белобрысого по плечу или что-то вроде, и тот отшатнулся и яростно выплюнул мне в лицо:
— Это ты во всём виновата! Это из-за тебя!
Жора материализовался между нами, и его спина целиком загородила белобрысого.
— Ты её не тронешь, — произнёс Жора так тихо, что я сама еле услышала, но, очевидно, белобрысый моментально бросил идею предъявлять мне обвинения.
Белобрысый сдался без боя, зато старик повысил голос, а я уже поняла, что все к нему прислушиваются. Все, кроме Жоры.
— Как. Ты. Посмел.
— Я выбрал лишнего, и этим лишним сегодня оказалась Аня, — Жора завёл руку назад, безошибочно нащупал меня и прижал к своей спине, — она никогда не была приятной дамой, вечно всех доставала. И я реально удивлён, неужели кого-то что-то не устраивает?
История с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень"
Антон чертыхнулся и плюхнулся на скамью, зато женщина в кожанке молчала. Только по вздымающимся ноздрям было ясно, что она в бешенстве.
В тягостной тишине Тишинский нервно хихикнул и обхватил руками живот:
— Клянусь, я и сам подумывал сделать это! Но ты крут, мужик, по шкале злобности практически девять из десяти, — и он протянул растопыренную ладонь профессору, — дай пять, мужик!
Ни один мускул не дёрнулся на спине у профессора, но Тишинский продолжал веселиться взахлёб.
Старик приблизился к профессору — он выглядел игрушкой, почти карликом рядом с противником, но внезапно я поняла, почему из всех монстров в этом зале именно старик самый грозный. Его лицо мелко задрожало, почти стирая человеческие черты, и он не просто оскалился, он стал чудовищем из ночных кошмаров, с длинными и частыми зубами.
Кажется, я услышала чьё-то оханье, и тут Жора на меня навалился. Ощущение — поезд сшиб или придавила скала, но я всё ещё… не дышу, нет, я же не могу дышать, ха-ха. Но я, по крайней мере, ещё цела, это точно.
Скала исчезла, и я всё-таки громко втянула воздух — без подлинного облегчения. Завертела головой в поисках Жоры — цел и невредим, только оказался позади и крепко обхватил меня кольцом рук. Старик приземлился на ноги гораздо дальше, чем можно было ожидать, он озадачен и даже испуган.
Прямо передо мной на коленях стоял белобрысый и горько сжимал кулаки:
— Чёрт, ты всё-таки сделал это, да? Получил влюблённую в тебя вампиршу и стал неуязвимым? Абсолютно, ёлки-палки, неуязвимым вампирским мужиком. А я-то думал, что неудача с Аней заставила тебя поумнеть, — его голос прервался, но он справился с собой. — Признайся, тебе было трудно смириться, когда она тебя бортанула? Когда она не захотела бегать за тобой, перестав быть жалким человеком? Опять стараешься влюбить в себя молоденькую вампиру? Но мы все знаем, чем это заканчивается. Она поумнеет и свалит, как это сделала Аня. Человеческие женщины от тебя без ума, но вампиры не столь глупы, а не то мы бы терпели твоё превосходство веками. Радуйся, пока можешь, максимум месяц, неделю или пару часов. Она передумает.
— Что за бредятину ты несёшь, — Жора чуть расслабился и теперь обнимал меня, а не защищал, — я этого не делал. Ты что, не понял, дурачок, что это Аня всё подстроила?
— Зачем ты врёшь мне? Ах да, ты же не хочешь, чтобы твоя девочка догадалась, что её просто используют для неуязвимости, это было бы так некстати. Ради такого случая можно даже пожертвовать Аней, подумаешь, старая подруга.
— Но я же с ним… Я ещё не была с ним, — слегка мутило, и Жора теснее меня обхватил.
— Не столь важно, — белобрысый еле цедил слова, — достаточно, чтобы ты была согласна. Удобно, да? У вампиров всё проще, чем у людей.