Абыз сняла проклятые туфли и поняла, что она не Русалочка. «Лучше уж быть Золушкой», – подумала она и отправилась на кухню. Очень странную кухню. Кухня была мертвая, на ней уже очень много лет не готовили. И дело не в стерильной кухонной утвари, а в воздухе. В кухне ничем не пахло, даже в морге пахнет формалином, а тут – ничего. Вся квартира была мертвой, в ней не жили, уже давно. В ней регулярно бывали люди, но они в ней не жили. Абыз не понимала, зачем нужен дом, если в нем не жить? Вариант «дом-музей» она не рассматривала, потому что или дом, или музей, и была права. Пакеты «Смоленский гастроном» были полны всяческой снедью. Некоторые фрукты она видела только на картинке, а деревянные шарики-бубенцы, пахнущие ванилью и шоколадом, были, по заверению интернет-поисковика, орехами. Она открывала пакеты один за другим, раскладывая продукты и напитки по местам, наслаждалась свежими ароматами, фантазируя, что можно было бы приготовить из них, мысленно сочетала и разделяла на блюда и подачи