Подтянувшиеся милиционеры остановились.

Подтянувшиеся милиционеры остановились, уставившись на маршала. Максим был в полевой форме, зато ярко на четырех солнцах сверкали золотом эполеты военачальника. Старший из патрульных, лейтенант милиции, отдал честь. – Извините, маршал, но инструкция запрещает допускать нищих в центр, где мы принимаем гостей со всей галактики. Максим и сам понимал, что дал маху, выпустив оборванца в таком респектабельном районе. Но демонстрировать свою оплошность не собирался. -Этот мальчишка – разведчик. Он выполнял задание высшего командования. Лейтенант кивнул и нажал кнопку в пистолетике. Янешь Ковальский дернулся и пришел в себя. Маршал улыбнулся и протянул руку. В этот момент четверка иногалактов внезапно ощетинилась лучеметами. Внешне инопланетяне напоминали грубо отесанные пни с сине-бурой корой, конечности у них были узловатые и кривые. Не успели чудовища открыть огонь, как Максим упал на покрытие, вытаскивая бластер. Огненные трассы прошли по верху, врезались в колоритную статую, распылив на фотоны живописный постамент. Трошев срезал двоих нападающих лазерным лучом, два уцелевших иногалакта подались в стороны. Одного из них также настиг неумолимый луч, а вот второй сумел укрыться за выступом фасада. Монстр палил сразу из трех рук и, хотя Максим быстро перемещался, его слегка задело – обожгло бок и повредило правую руку. По касательной лучи противника угодили в аттракцион "бешеная кувшинка". Последовал взрыв. Перед глазами маршала плыло, но он с удивлением увидел, как Янешь вырвал кусок плиты и запустил в противника. Максим поразился нечеловеческой мощи, скрытой в этом безобидном на вид мальчишке… Впрочем может, она приделана плохо. Бросок оказался точным, прямо в ряд из пяти глаз. Существо дернулось и ступило, пошатываясь, вперед. Этого оказалось достаточно, чтобы меткий выстрел Максима оборвал жизнь чудовища. Схватка окончилась быстро. В ходе ее милиционеры даже не пытались открыть огонь. Маршал сразу обратил на это внимание. – Все самое лучшее сражается на фронтах, а в тылу, на улицах городов, отсиживаются трусы. Упитанный лейтенант побледнел. Подошел к Максиму. – Товарищ маршал, прошу прошения, но у них были тяжелые лучеметы, а у нас… – А это что! – Максим указал на бластер у пояса патрульного. – Мухобойка? Жаль, видимо, для тебя в столице не найдется работы. Сидеть без дела не будешь, я постараюсь, чтобы тебя отправили на фронт. Подозвав жестом мальчишку, Максим помог ему запрыгнуть на борт гравиоплана, а затем крепко пожал руку. -Ну, ты орел. Я рад, что не ошибся в тебе. Ковальский дружески подмигнул, его голос звучал довольно звонко и радостно. – Я всего произвел один удачный бросок. Я мог бы… – Тебе представится возможность. Окончишь училище – и сразу в бой. Впереди у тебя вся жизнь, еще навоюешься под завязку. – Война – это здорово! – С энтузиазмом воскликнул мальчишка. – Я хочу немедленно на фронт, взять в руки лучемет… – Сразу нельзя, тебя убьют в первом же сражении. Сначала получи специальность. Янешь обиженно шмыгнул носом. Он был уверен в своих силах, думал, что он и так много умеет, в том числе и стрелять. Гравиоплан тем временем пролетал над громадным Мичуринским парком. Там росли исполинские деревья, иные из них достигали в высоту нескольких сотен метров. А плоды были настолько огромны что, выев середину, можно поселиться внутри. Аппетитно смотрелись генетически модифицированные ананасы с золотистой кожурой. Правда, вопреки ожиданиям, особого восхищения у мальчишки они не вызвали. – Я уже бывал в таких лесах. – Объяснил Янешь. – В отличие от центральных кварталов туда пускают всех. Хотя пешком и долго добираться. – Возможно! – Произнес Максим. – И все же полюбуйся, какие здесь растения… Вон гриб, под ним может уместиться целый взвод. – Всего лишь подобие большого мухомора. Он несъедобен. Помню, я целый мешок из отрезанных кусков фруктов набрал. Мне нравится паварара – тонкая кожура, а вкус просто восхитительный. Инжир по сравнению с ним ничто. Надо быть осторожным, когда разрезаешь. Может лопнуть, а там струя как водопад – снесет, не успеешь и пикнуть. Фрукты здесь слишком большие. Приходится носить их по частям в пластиковом мешке, а это очень неудобно.