С помощью читателя "Московских историй" Сергей Л окунемся в 60-е годы прошлого века и побродим вокруг Рижского вокзала.
С 1963 года и до весны 1969-го я беззаботно, как и положено в детстве, жил на Трифоновской улице, 49. Я и рожден был там рядышком, в двух шагах от родительского дома, на улице Гиляровского. Дома те остались, но в них не пойми что теперь, а тогда было небольшое родильное отделение при старом МОНИКИ, но на Гиляровского.
Мне лет 10-11 было, когда с папой мы приезжали в гости к бабушке, пошли прогуляться по округе, он мне показывал места его юности, забрели на Гиляровского. Тут-то он мне и сказал, показывая на левую часть дома в глубине двора: "Ты как-то спрашивал, где родился, а вот там, в то окошко тебя мама в апреле и показала, держа на руках". Мама вспоминала, что родилка была очень маленькой, было весьма жарко, и во всем отделении были только она и еще одна женщина. Лет семь назад я набрел в интернете на подтверждение, что там было крошечное родильное отделение.
Сам же этот темно-красный дом весьма представителен и, как оказалось, известен. Построенный в 1906 году на средства миллионера и мецената Гаврилы Солодовникова, "доходный дом дешевых квартир" предназначался для бедных людей. Из потемневшего кирпича с белыми вставками, он, хоть и выглядел мрачно, но был красив, нависая над типичными 2- и 3-этажными московскими домушками, стоявшими на другой стороне Трифоновской. Он еще был необычен своей формой - угольника, одна сторона на Трифоновскую, вторая - на Гиляровского. Потом, прямо напротив нашего дома, через дорогу, стали строить новый комплекс лечебницы - МОНИКИ.
В фасадной части дома, выходившей на Трифоновскую, было отделение ГАИ с мотоциклами «Урал». Запомнились ворота в их гараж, двустворчатые, огромные, деревянные, из толстой доски, уложенной елочкой, закругленные сверху, как и положено старинным вратам. А сейчас тривиальная железяка.
Ближе к проезжей части Трифоновской улицы, как бы на небольшом валу, стояла заброшенная часовня. Как уцелела, выжила, одному Богу известно, я по малолетству ее за церковь принимал. Сейчас ее уже многие именуют Храмом Трифона Мученика. Вроде, по словам бабусь из нашего двора, построили ее в память любимого сокольничего Ивана Грозного, погибшего там. Но толком никто не знал. Улицы Щепкина и Орловский переулок были полностью деревянно-каменными, помнящими еще 19-й век. Да и Трифоновская, по памяти, где-то до улицы Образцова была такой же.
Многие детские прогулки с бабушкой начинались от пересечения Трифоновской с улицей Верземнека - бывший небольшой проулок к тыльной, складской части Рижского вокзала, ставший улицей году в 1968-м. Мы шли по Сущевскому валу до парка, сейчас он значится как Фестивальный, там были тир и пруд с небольшой лодочной станцией и кафешкой.
Дальше в программе значилось посещение Марьинского Мосторга с предупреждением: «Только ничего не выпрашивать!». Это была пытка, ведь на первом этаже в сувенирах продавались глиняные фигурки "курильщиков" с крохотными папиросками, дымящими, как настоящие, и миниатюрные серебристые модельки пулемета Максим, весьма достоверные.
С "курильщиком" в кармашке, а чаще всего без него, через парк можно было пройти к Музею Советской Армии (Центральный музей Вооружённых Сил), на площадку бронетехники и, невзирая на ворчание и причитания бабушки, зависнуть среди танков или на бронепоезде. Достаточно часто удача улыбалась, и у Т-34 и КВ был вскрыт аварийный люк механика-водителя - можно было пробраться внутрь. Помню первые мгновения, когда направленные лучики света проходят через кромешную темноту. Минуты три привыкаешь к полумраку внутри полуразобранной машины, и поехали!
В те времена много фильмов про войну показывали, поэтому проблемы в выборе сюжета игры-сражения не было. В КВ даже оставались какие-то тумблеры на пощелкать. А то, что штурвалы орудия не крутились, перископы были разбиты или заварены, не беда. Все как на войне. И пусть бабушка гневно колотит кулачком по броне, мол вылезай, зараза, все равно не слышно в пылу сражения.
Интересно было и на складах Рижского вокзала. (Когда-то его называли Виндавским). Сам вокзал казался старым, пыльным малолюдным и скучным, хотя сейчас, разглядывая его изображения, я вдруг понял, насколько он красив, такой легкий, резной, открыт взгляду. На площадке за вокзалом с его платформой и путями, за символическим забором, стояли ожидающие отправки «виллисы», «козлики», старые ЗИЛы, а на земле было полно симпатичных железяк, гаечек, проволочек. Можно было залезть в кабину и посидеть за рулем, изображая дыр-дыр-дыр - звук мотора. Но там меня дедушка крышевал. Бывшему начальнику отделения милиции не только Рижского вокзала, но и существенного участка Рижской дороги особо никто и не возражал, не боялись, а просто уважали. Забавно было, сперва ор: «Ты что тут, стервец, делаешь?!». И через секунду: «О, Иван Иванович! Здравствуйте, как поживаете? Так это ваш внучок?».
Вот такой он, мой дед:
И, в завершение, с изумлением узнал, что знаменитые Крестовские водонапорные башни (были построены московским градоначальником того времени за свой счет где-то в 1890-х годах) стояли как раз у площади Виндавского, потом Ржевского и в конечном итоге Рижского вокзала.
Башни помешали прокладке проспекта Мира и были в 1940 году снесены. А троллейбусы тогда были двухэтажными, вот любопытно, это фейк, шутка фотохудожника, или действительно бегали такие по Москве? #сергей л
Делитесь своими историями! Почта emka3@yandex.ru