Дубенцов долго прислушивался к звукам леса

Скоро в вершинах деревьев разлилось золотистое сияние утренних лучей, и лишь внизу оставался серый полумрак. Охотник, продолжая идти по следу, пересек невысокий увал, спустился в глубокую темную долину. В высоких зарослях лопуха, бузины и лугового пырея опасно было вести след зверя, проделавшего здесь коридор. Трудно было двигаться неслышно, так как в ногах путалась густая растительность. Между тем надо было торопиться: трава подсыхала и след зверя делался еле заметным. Держа перед собой, карабин, Дубенцов старался как можно выше поднимать ноги, а это требовало дополнительных усилий.

По мере того как солнце поднималось, утренняя прохлада в лесу сменялась духотой.

След неожиданно повернул в сторону, поднялся на крутой увал, поросший березняком, пересек гребень сопки, и Дубенцов увидел перед собой обширную падь. Она простиралась на огромном пространстве на север и запад и была покрыта дремучим низинным разнолесьем, как всегда наиболее трудно проходимым. След уходил в это разнолесье, и Дубенцов, не раздумывая, направился туда же.

Он долго бродил в зарослях, изнывая от жары, и совершенно неожиданно обнаружил, что сделал петлю, - встретилась замеченная ранее ель со сломанной макушкой.

Дубенцов сообразил: хищник вышел на его след. Сердце защемило от страха: в любую минуту зверь может прыгнуть на него сзади.

Дубенцов долго прислушивался к звукам леса, но ничего необычного не услышал. Немилосердно палило солнце, и, разморенный жарой, мир таежных обитателей, молчал.

Молодой охотник поймал себя на том, что решительно не знает, что предпринять. Идти вперед - зверь наверняка уже преследует его по пятам; повернуть обратно - вспугнешь хищника, и он стремительно скроется. Взгляд его случайно остановился на темном буреломе, громоздившемся в сторонке. «Устроить засаду!» - это решение пришло моментально.

В буреломе он нашел хорошо укрытое место. Замаскировавшись и взяв в зубы веточку бузины, терпкий запах которой должен был заглушать запах человека, юноша стал терпеливо поджидать зверя.

Время тянулось медленно. Мошкара лезла в глаза и рот, колено упиралось во что-то острое, в грудь давил сук, но Дубенцов не шевелился. Наконец до слуха долетел легкий шорох. Дубенцов чуть повернул голову и увидел: по стволу поваленной лесины бегал маленький, желтенький зверек в черных продольных полосках - бурундук, черт бы его взял! Зверек явно не замечал человека. Но почему же он то и дело опасливо вскидывает мордочку с черными блестящими бусинками глаз?