Одним из элементов плана по атаке на Российскую Федерацию было отвлечение внимания на украинском направлении, чтобы связать значительные силы ВС РФ боевыми действиями, или как минимум деморализовать армию и общество быстрым захватом территории непризнанных республик с выходом к российской границе.
Помимо прочего украинский блицкриг должен был создать более благоприятные условия для действий «кротов» в российских властных кругах и непосредственно армии, чтобы нейтрализовать возможности противоракетной обороны путём прерывания цепочек передачи приказов и обычного саботажа.
Особенно важным было вывести из строя так называемую «руку мертвеца», систему, которая гарантировала ответный удар по Соединённым Штатам и их союзникам даже в случае полного уничтожения руководства страны. А для этого было необходимо время, и выиграть его было решено, в том числе, с помощью провокации на Донецком и Луганском направлении.
Активные действия ВСУ на востоке Украины должны были сковать значительные силы российской армии и создать отвлекающий фон для действий американских агентов. Понятно, что украинская сторона не была посвящена в планы по нанесению ядерного удара по Российской Федерации, иначе предсказать, как повели бы себя военные и население страны, было бы невозможно. Поэтому с украинскими властями обсуждался вопрос исключительно «освобождения» Донецка и Луганска.
Утечка конфиденциальной информации о подготовке наступления на ЛДНР и без того была гарантирована, что уж говорить о такой важнейшей информации как подготовка ядерного удара по России. В определённом смысле, американские спецслужбы рассчитывали на то, что российские «кроты» в украинских властных структурах будут снабжать российские спецслужбы данными о грядущем наступлении, отвлекая разведывательные ресурсы в нужном Вашингтону направлении. Помимо этого, в данной ситуации, повышалась возможность дезинформации Москвы путём передачи ложных фактов в общем потоке информации.
В украинских средствах массовой информации, подконтрольных Офису президента и лояльным ему олигархам разгонялась тема необходимости решения конфликта на востоке военными методами, при этом конкретные сроки не назывались, чем, с одной стороны, разогревали общественное мнение в пользу военного решения, с другой стороны показывали гражданам, что это произойдёт не прямо сейчас. Расчёт был, однако, на то, что когда начнётся военная операция, население в большинстве своём её безоговорочно поддержит.
С этими целями непублично американцы сняли запрет на использование систем «Джавелин» украинскими военными и на помощь в вооружении националистических подразделений ВСУ, таких как «Азов» и прочие. В течение короткого времени на Украину было поставлено большое количество стрелкового оружия и боеприпасов к нему под видом гуманитарной помощи и прочими благовидными предлогами. Часть таких поставок даже получила освещение на украинском телевидении.
Незадолго до начала войны украинское командование сконцентрировало значительные силы на границе с мятежными регионами. Это, впрочем, не осталось незамеченным для российской разведки, которая рекомендовала повысить боевую готовность военных частей в регионах, граничащих с Украиной, и начать тайную переброску сил специальных операций, которые бы своими действиями дали время для развёртывания более крупной группировки войск на украинском направлении.
Расчёт украинского руководства был прост и в то же время невообразимо циничен. Украинские войска должны были молниеносным ударом, как минимум, войти в Донецк и Луганск, а как максимум, выйти к границе за очень короткое время. На операцию отводилось буквально несколько дней.
Скоротечность операции была одним из главных условий, поставленных западными кураторами и причиной тому была всё ещё необходимость хоть как-то , но считаться с общественным мнением в своих странах, которым могли не понравиться кадры уничтожения городов и деревень украинской армией, солдаты которой зачастую не гнушались использовать символику Третьего Рейха.
К моменту атаки, ВСУ по ряду параметров значительно превосходили соединения народных республик, которые в качестве оперативной помощи могли надеяться только на подразделения сил специальных операций МО РФ, находившихся на территории мятежных регионов, и которые могли быть оперативно и скрытно переброшены Донецкую и Луганскую области. Развёртывание полномасштабной группировки войск для противостояния ВСУ могло занять гораздо больше времени.
По задумке идеологов операции, ВСУ должны были фактически поставить российскую армию в такие условия, при которых, чтобы выбить киевские части из города, россиянам пришлось бы идти на штурм населённых пунктов, что неминуемо повлекло бы за собой значительные жертвы среди гражданского населения и российских военных, а это должно было вызвать как рост недоверия к русским со стороны жителей Донецка и Луганска, так и рост недовольства операцией внутри самой России.
Также необходимо было нейтрализовать возможность быстрого продвижения российских войск в направлении атакауемых городов. Для этого предполагалось начать массированный артиллерийский обстрел, вызвав тем самым огромный поток беженцев, которые перекрыли бы своим транспортом основные автомобильные трасс, устремившись в сторону российской границы.
Таким образом предполагалось решить сразу две основные задачи: серьёзно затормозить ВС РФ в продвижении к Донецку и Луганску и осуществить чистку этих территорий от нелояльного Киеву населения.
Вопрос того, что российские войска при необходимости могут пройти минуя дороги по степи по какой-то причине украинским командованием в расчёт не брался. По всей видимости, желание решить проблему так называемых ОРДЛО было сильнее отдельных непроработанных моментов будущего плана.
Помимо этого, огромные риски для ВСУ несла российская авиация, которая с 2014 года и до настоящего момента в гражданском конфликте на востоке Украины не использовалась. В то же время, состояние украинских ВВС оставляло желать лучшего.
Впрочем, украинская сторона явно рассчитывала на вмешательство в конфликт американского военно-морского флота, чьи корабли как раз находились в это время в акватории Чёрного моря. Кроме того, американские дипломаты не раз намекали, что в случае успешного для Киева развития событий, ему на подмогу могут прийти иные страны-участницы блока НАТО, поддержав Украину своей авиацией. Речь в первую очередь шла о Румынии и Болгарии.
При этом планировалось разогреть общественное мнение при помощи популярных оппозиционных и не только блогеров, которые подпадали под определение лидеров общественного мнения. Осуществлялось тайное финансирование сети ячеек несистемной оппозиции, готовой организовать выход на улицы российских городов сотен тысяч своих сторонников с требованием немедленно остановить войну и заключить мир с Украиной на любых условиях
Несмотря на то, что незадолго до войны подобные попытки не увенчались каким-то значительным успехом, и протестная активность на улицах с каждым становилась всё ниже и ниже, работа в этом направлении не прекращалась. В частности, рассматривались варианты принесения т.н. сакральных жертв, когда западные спецслужбы убивали некоего российского оппозиционера, находящегося под их контролем, но у которого нет особых шансов прийти к власти законным образом. При этом улики косвенно указывали на виновность российских властей. Учитывая шаткость доказательств, было предусмотрена полномасштабная информационная кампания в мировых средствах массовой информации, чтобы добиться положительного для себя общественного мнения, которое бы развязывало руки для осуществления самых радикальных ответных мер.
Стоит отметить, что американская разведка сообщала ответственным за принятие решений лицам, что украинское руководство сильно переоценивает боевые возможности ВСУ, в том числе их боевой дух, однако в Вашингтоне по каким-то своим причинам данные факты не были учтены при принятии окончательных решений.
Атака ВСУ на Донецк и Луганск, несмотря на всю масштабность, захлебнулась в первые же сутки, встретив ожесточённое сопротивление со стороны ополчения, поддержанного силами специальных операция ВС РФ, действовавшими в тылу наступающих украинских частей.
Среди украинских военных началось откровенное саботирование приказов, поступающих из Киева, подразделения отказывались идти в наступление, которое до этого момента казалось однозначно выигрышным. Случаи прямого неисполнения приказов офицерами и солдатами нарастали лавинообразно. Лезть в пекло уличных боёв никто особого желания не испытывал, при том, что поддержка с воздуха была чрезвычайно ограниченной, если не сказать, что отсутствовала совсем по причине уничтожения техники силами ССО МО РФ.
Однако в целом, наступление продолжалось при массированных артобстрелах городских кварталов Донецка и Луганска со стороны артиллерии ВСУ, что повлекло сотни жертв среди гражданского населения в первые же часы атаки.
Новость о ядерном ударе по территории России многие в ВСУ встретили с ликованием, предвкушая скорую победу. Особенную радость, по понятным причинам, данная новость вызвала у подразделений, укомплектованных сторонниками праворадикального украинского национализма, в местах расположения которых, открывали салют и праздновали почти свершившуюся победу. Среди националистически настроенных солдат зрели планы о марше на Москву.
Сведения об ответном ударе по США и её союзникам на тот момент ещё не поступали, иначе восприятие случившегося было бы, скорее всего, несколько иным. К тому же ослабления сопротивления со стороны сепаратистов не наблюдалось, а вот данные о колоннах российской бронетехники, которые двигались в сторону украинской границе, уже начали поступать. С каждым часом становилось понятно, что блицкриг по захвату Донецка и Луганска с дальнейшим выходом к границе провалился.
Когда стало понятно, что это не война с применением обычных вооружений, а самая, что ни на есть ядерная, в отличие от националистов, остальные реалистично думающие командиры ВСУ задумались о дальнейшем развитии ситуации. Невыполнение приказов старшими офицерами быстро распространялось по частям, что вызывало негативную реакцию у националистов в рядах армии. Под предлогом законов военного времени, на передовой и в тылу прокатилась череда расправ праворадикалов над солдатами и офицерами, высказывающимися не так, как это было принято в кругах бывших участников добробатов и что поддерживалось киевскими властями.
Внутри ВСУ на фоне усиливающегося после некоторого затишья, вызванного ядерным ударом, сопротивления со стороны регулярных частей ЛДНР и наступления ВС РФ, назрел явный раскол относительно дельнейших действий.
После того как стало понятно, что ядерная бомбардировка России не принесла желаемого быстрого результата, часть украинского командования не без основания стала опасаться, что Россия для нанесения ответного удара выберет Украину, что может окончательно добить и без того неустойчивую государственность этой страны.
И удар был нанесён. Впоследствии он получил название «Днепровский» или «Днепропетровский инцидент». Только ядерные боеголовки, взорвавшиеся в этом городе, прилетели вовсе не со стороны России.
Ядерный удар, нанесённый сразу несколькими боеголовками и который в свете отсутствия эффективной украинской противоракетной обороны привёл к катастрофическим последствиям, в первую очередь, для мирного населения, внёс окончательный раскол в вооружённые силы Украины, заставив значительную часть вооружённых сил официально выйти из подчинения центральному командованию в Киеве.
Количество единовременных жертв и последовавшая за этим чудовищная волна беженцев, которым никто не мог помочь, и облучённые и обгоревшие люди умирали прямо на дорогах по пути из зоны поражения, шокировали украинское общество. Патриотический, а вернее сказать, антирусский запал на восточной части Украины сразу снизил свой градус.
В настоящее время исследователи так и не пришли к выводу, был это целенаправленный и осознанный удар со стороны США и их союзников, или имел место пресловутый человеческий фактор. При этом часть специалистов отстаивает точку зрения, что имел место некий компьютерный сбой.
Как бы то ни было, среди украинских военнослужащих стала набирать обороты версия, согласно которой американцы нанесли ядерный удар по Днепру, чтобы украинская армия определилась и сделала выбор, с кем она: с Америкой или с Россией. Вариант нейтралитета при этом не рассматривался.
При этом наиболее радикальная часть украинцев даже нашли положительные моменты в гибели Днепра, объявив, что город был потенциальным рассадником русского мира и его уничтожение лишь пойдёт на пользу делу украинства. Понятно, что такой подход не нашёл понимания у значительной части населения и вооружённых сил.
Попытки обвинить в бомбардировке Москву ни к чему не привели. Выжившие свидетели чётко указали, откуда прилетели ракеты, да и реакция командования США, которое сначала заявило, что имела место досадная ошибка. Несколько запоздало Вашингтон попытался свалить всю вину на Москву, в стиле майданных властей сообщив, что это «они сами себя» и русские хакеры взломали системы управления ракетами, то есть удар нанесли русские, не вызвал ничего, кроме взрывного роста недоверия к американцам у значительно числа украинских граждан и военных.
Буквально сразу в ряде частей вспыхнули бунты, в ходе которых наиболее радикально настроенные по отношению к России военнослужащие и командиры попытались взять власть в свои руки, но были арестованы, а в отдельных случаях даже расстреляны. Оставшиеся в подчинении Киева подразделения в спешке стали отходить к Киеву, в то время, как через границу на востоке двигались колонны российской армии.
Учитывая ситуацию на Чёрном море, сложившуюся после уничтожения Новороссийска, и налётов на Крымский полуостров со стороны таких стран НАТО как Румыния и Болгария, российская авиация не сильно церемонилась и наносила удары по отступающим частям ВСУ, верным Киеву. Данные обстоятельства дополнительно деморализовали украинских военных, что привело к массовому дезертирству с их стороны.
В ходе переговоров между российским командованием и представителями, вышедшими из подчинения Киеву подразделениями ВСУ, было решено сформировать Первую Украинскую Армию, которая перешла под командование Восточно-украинского фронта.
Днепропетровск, или, как его переименовали в ходе дерусификации, Днепр стал символом провальных ожиданий и надежд, связанных с ориентацией постмайданных властей на США и НАТО. На помощь Запад не пришёл, ему было не до какой-то Украины, которая имела ценность только как раздражающий фактор в отношениях с Россией. Впрочем, учитывая, уничтожение нескольких американских крупнейших городов, падение Вашингтона, гибель Лондона и Парижа и многих других городов, Украина если кого и интересовала, то только в качестве дешёвого пушечнoгo мясa.
#постапокалипсис #ядерная война #фантастика #роман #третья мировая война #россия украина #россия-сша