Я беру Ярика за руку и пытаюсь почувствовать новую силу, но не чувствую абсолютно ничего.
- Так, окей. И что ты делаешь, чтобы оказаться в другом человеке? – спрашиваю я.
- Оно как-то само выходит. Надо только сконцентрироваться на том, в кого ты хочешь переместиться.
Сажусь на освободившееся место, чтобы не привлекать внимания внезапной потерей сознания, и концентрируюсь на старушке напротив. Представляю, как смотрю на мир с ее места, как мои руки становятся морщинистыми, на голове оказывается странная шапка… Подстраиваюсь под ее тип дыхания. Закрываю глаза. И считаю до трех, надеясь, что этого хватит, чтобы оказаться в чужом теле.
Сначала я не чувствую никаких изменений и думаю, что у меня ничего не вышло, но когда открываю глаза, понимаю, что вижу напротив себя не старушку, а спящую девушку. И только потом понимаю, что я вижу себя. Мое тело, завалилось набок, прислонившись головой к поручню.
- Офигеть, - шепчу, чтобы не привлекать внимания. Поднимаю к глазам руки и начинаю их разглядывать. Морщинистые узловатые пальцы, совсем не похожи на мои руки. Понимаю, что у меня болит спина, а еще сердце бьется совсем не так, как я привыкла, а еще этот странный противный привкус от выпитого недавно корвалола.
Я смотрю на ребят, которые поглядывают на мое тело и перешептываются. Надо дать им какой-то сигнал. Поднимаюсь на ноги, с грустью осознавая, что кроме спины болят еще и колени, а тело неожиданно неповоротливое и полное. И рост совсем другой. Настолько странных ощущений я не испытывала, наверное, никогда.
Координация движений у меня пока немного нарушена, но думаю, что скоро я смогу ее подправить. Ковыляющей походкой, подхожу к Эдику и Ярославу.
- Молодые люди, - говорю я им, своим новым старушечьим скрипучим голосом.
- Что вы хотели? – осведомляется Эдик, неприязненно разглядывая меня.
- Не окажите бабушке услугу? – я стараюсь максимально вжиться в роль и не засмеяться.
- Конечно, что нужно? – перекрикивая шум поезда, спрашивает Ярик.
Я сдерживаюсь изо всех сил, чтобы не заржать в голос, когда произношу следующие слова.
- Ты такой красивый, милок. Поцелуешь бабушку? – говорю я Эдику и тяну его за рукав, чтобы парень наклонился. Сил у тела старушки поменьше, чем у меня, но выходит не так уж и слабо.
- Ой, идите вы, бабушка со своими просьбами обратно на место, - фыркает парень, отстраняясь.
- Да что ты грубый такой, милок? А ли не красивая я? А ли не нравлюсь тебе? – чувствуя себя бабой Ягой из старых сказок, я перехожу на устаревшие слова.
Эдик хмурится и снова посылает меня на место.
И я ухожу, сажусь в ту же позу, в какой сидела раньше. Концентрируюсь на уже своем теле и возвращаюсь обратно.
Родное тело намного приятнее и привычнее. И я очень рада, что избавилась от ужасного привкуса во рту.
- А ли не узнал ты меня, ясный сокол? – улыбаясь в тридцать два зуба, я вновь подхожу к парням, просто светясь от удовольствия. – А теперь, милок, поцелуешь?
- Черт подери, Клео, так той бабкой была ты? Я думал, чокнутая какая-то! – охает Эдик. И наклоняется ко мне, чтобы чмокнуть в щеку, но я отстраняюсь.
- Но-но! Держи дистанцию. Это была шутка. Не нужны мне твои поцелуи, милок.
Ярослав смотрит на меня, словно на приведение.
- Офигеть! - говорит он. – Вы, действительно, такие же! Удивительная способность! Тебе так повезло!
Я лишь хмыкаю. Его аутогенизм будет со мной ровно до того момента, пока я случайно не коснусь другого индиго. И, скорее всего, им будет Эдик.
- Ладно, подурили и хватит. Тебе есть, где спрятаться от Инквизиции? Как они тебя нашли? Есть ли шанс, что нас они тоже отыщут? – Эдик быстро переключается на важные вопросы, пока мою голову кружит новая приобретенная сила.
- Погоди-погоди! Как долго можно находиться внутри кого-то? Что происходит с душой того человека в это время? Реально можно заставить его убить себя? А что происходит в момент смерти этого человека с тобой?
Ярослав не знает, на что отвечать изначально. На мои вопросы или на вопросы Эдика. И он просто предлагает пойти куда-нибудь перекусить.
- От использования этой силы жуткий аппетит разыгрывается,- признается он.
И нам приходится выйти на первой попавшейся остановке и пойти искать какую-нибудь кафешку. Выбираем шумный многолюдный макдоналдс.
Есть действительно хочется, в этом Ярик оказывается прав.
- А теперь мы ждем ответов, - говорит Эдик, недовольно наблюдая за тем, как мы с Ярославом уплетаем за обе щеки картошку и бургеры. – Клео, ты бы столько не жрала, а? А то будешь потом ныть, что слишком жирная.
Такое его замечание выводит меня из себя. Мы только начали нормально общаться, сблизились, пока пытались спасти Кристину. И вот опять начинается.
Я преднамеренно откусываю огромный кусок и издевательски начинаю громко чавкать, пока его жую.
- Я много калофий потфатила, - говорю я с набитым ртом, чтобы еще сильнее раздразнить парня.
Тот только фыркает в ответ. И требует от Ярослава ответов.
- Давайте начнем с начала. С вопросов о моей силе. Я не знаю, что происходит с душой человека, когда я переселяюсь в его тело. Она словно отступает куда-то на задворки. Если хотите, можем провести эксперимент. Я вселюсь в одного из вас, а вы потом расскажите мне свои ощущения.
Никому из нас не хочется становиться подопытным кроликом.
- Окей, давай я, - сдается Эдик.
Ярослав откидывается на спинку стула и закрывает глаза.
- Если начну падать, поймай меня, - предупреждает он.
- Заметано.
Тело парня обмякает, как будто немного сдувается, словно кто-то выпустил часть воздуха из надувной игрушки.
Эдик удивленно хлопает глазами.
- Он один из немногих, в ком приятно находиться, - вдруг говорит парень, и я понимаю, что Ярослав уже переместился. – Я чувствую в нем большую силу, обычно такого я ни у кого не замечал. Наверное, это по тому, что он тоже индиго. Я в своих никогда не прыгал.
Он встает и делает несколько пробных шагов. Улыбается чужой для Эдика улыбкой. А потом вдруг хватается за голову и едва не падает, потеряв равновесие.
- Все в порядке?
- Это… Странно… Он словно сопротивляется мне. Такого не было никогда.
Ярослав выпрямляется, а потом вдруг падает на пол.
- Боже, моя голова, - стонет парень уже в своем теле.
Эдик поднимается с пола и отряхивает колени.
- Это. Просто. Отвратительно, - бурчит он, возвращаясь на свое место рядом со мной. – Мне казалось, словно я уснул, но при этом я понимал, что кто-то завладел моим телом. Я был словно обездвижен.
- Ты мне чуть мозг не взорвал, - Ярик зажимает голову руками и прикладывает к виску холодную колу. – Какого черта ты начал сопротивляться?
- Потому что это ужасное чувство беспомощности! – Эдик опустошает свой напиток и массирует виски. – Мне тоже пришлось не сладко.
Они какое-то время молчат, пытаясь переварить то, что произошло. Из всего, что было сказано, мне удалось понять одно – людям приходится не сладко, когда их тело кто-то занимает. Наверное, эта не та способность, которой мне теперь хотелось бы обладать, какой бы классной она не казалась в самом начале.
- Рассказывай теперь все, - говорит Эдик.
- Инквизиция может найти кого угодно. Если они не добрались до вас, то это только вопрос времени. Я недолго следил за ними, хотел быть готовым к нападению, но так и не понял, как они узнают, кто из нас кто. У них есть информатор, который присылает смс с именем человека, на которого можно начать охоту. Мне кажется, они сами никогда его не видели. Могу вам только посоветовать быть всегда настороже. Доверять нельзя никому.
- Почему вы не объединяетесь? Есть же школа на окраине города, - говорю я. – Ведь вместе проще противостоять.
Ярослав грустно ухмыляется.
- Чем нас больше находится в одном месте, тем проще нас отыскать. А потом, как только кто-то остается один. Они нападают. Так и выходят сначала на группу, а потом убираю по одному.
Ярослав отводит взгляд, и я понимаю, что он уже потерял нескольких своих друзей.
- Ладно, - вдруг говорит он. – Нам нельзя долго находиться вместе, поэтому, спасибо за помощь, я пойду.
- Стой! – окликает его Эдик. – Скажи свой номер, мало ли понадобится помощь.
- Если одного из нас поймают и найдут номер, то легко выйдут и на остальных, - парень качает головой.
- На бумажку. Без подписи, - Эдик протягивает салфетку и ручку.
Ярик сдается и быстро записывает корявые цифры. Эдик протягивает парню наши номера.
- Надеюсь, не понадобится, - говорит Ярослав, засовывая смятую бумажку в карман, и быстрым шагом выходит из кафе.
- Вдруг он прав? – смотрю на Эдика. – Что, если мы продолжим с тобой общаться, и они найдут нас быстрее?
Эдик усмехается и треплет меня по голове, что вызывает только раздражение.
- Глупая. Они и так все про нас знают. Они ведь уже требовали ту папку, чтобы быстрее находить других индиго. И не если, а когда они нас найдут, мы должны быть готовы, - он поднимается и протягивает мне руку. – Пойдем, надо доделать то, что мы начали. Сжечь эту чертову папку.
***
Когда мы подходим к двери моей квартиры, я понимаю, что что-то не так. Дверь не заперта.
По спине пробегает холодок, и противные мурашки щекочут позвоночник.
Переглядываюсь с Эдиком и дрожащей рукой, толкаю дверь.
На квартиру словно совершили набег монголо-татары. Шкафы свалены, обувь разбросана, куртки валяются. Не снимая обуви, я бегу в комнату и проверяю ноутбуки, телевизор и драгоценности. С удивлением обнаруживаю, что все на месте.
Кроме одной вещи.
- Нет, - вырывается у меня стон.
- Клео?! – услышав мой возглас, в комнату врывается Эдик, готовый сражаться. – Что украли?
Ведро, в котором я собиралась сжечь папку, пустое.
У меня дрожат руки. Теперь, когда вся информация у Инквизиции, в опасности все индиго, которые там были записаны. И повезло тем, кто сменил фамилию и имя.
- Это я во всем виновата. Теперь они убьют их всех, - я сажусь на корточки около пустого ведра, с надеждой приподнимаю его и трясу, словно надеясь, будто листы сейчас просто выпадут оттуда. – Надо было ее сжечь сразу, не ждать чего-то. Не верить этим смскам. Теперь, мы спасли одного человека, но не сможем спасти еще сотню других.
Я прячу лицо в ладони и пытаюсь успокоить дыхание. Эдик стоит рядом со мной и молчит.
- Надо сообщить Ярославу, - говорит он. – Пойду, позвоню ему.
И парень выходит из комнаты именно в тот момент, когда мне просто необходима его поддержка. Он должен был сказать, что это не моя вина, что это все обстоятельства, и это мы оба не подумали о том, что Инквизиция сможет ворваться ко мне в квартиру, пока никого не будет дома.
Вот только Эдик не сказал ничего, словно молчаливо укорял меня за то, чего я не успела сделать. Не сожгла эти проклятые листы.
- Вставай, - в комнату широким шагом заходит парень и протягивает мне руку. Я хватаюсь за нее так, словно он может вытянуть меня из этого водоворота жутких вещей. – Собирай вещи и уходим.
- Куда? – не понимаю я.
- Тебе здесь оставаться нельзя, - Эдик уже складывает наши ноутбуки в рюкзаки. – И поторопись. Они знают, где ты живешь. Они знают, кто ты. И если останешься здесь, в один прекрасный день можешь не проснуться с утра.
- Но мне больше некуда идти.
- Переночуешь в нашей с Крис квартире… - он осекается. – У меня.
Туда я хочу идти еще меньше, чем оставаться одной здесь. Призрак Кристины теперь будет преследовать меня повсюду. И в квартире Эдика это будет ощущаться как никогда сильно.
Мы все еще не сообщили родителям Крис о случившимся. И они нам до сих пор не звонили, значит, трупы так и не нашли? Или не опознали?
Совсем не хочется об этом думать, поэтому я отодвигаю все переживания на задворки памяти и запираю их на огромный засов.
- Потом решим, что делать.
- А если вернутся мои родители, а меня нет дома? Что я им скажу? – кричу я из другой комнаты, запихивая нижнее белье в рюкзак. Не известно, сколько мне придется скитаться и по каким местам.
- Ты уже давно должна была с ними поговорить! Позвони снова, пока не поздно.
Он прав. Почему я все еще не поговорила с мамой и папой?
Набираю номер, но абонент опять временно не доступен.
- Вне зоны. Снова, - выдыхаю я. А в мыслях уже проносятся страшные предположения, что родителей схватили, убили или пытают, чтобы они все рассказали обо мне.
Мой взгляд падает на крысиную клетку. А куда я дену этого зверька?
- Сюда придется возвращаться и кормить крысу!
- Значит, будем приходить вместе. И я подумал. Ко мне тоже не вариант. Зайдем вещи забрать только. Если они знают, где живешь ты, значит, знают и про меня. Ведь эти ребята смогли как-то похитить Кристину. Они следили за ней. Пойдем в гостиницу.
- У нас не так много денег. Мы не сможем постоянно жить в гостиницах.
Наверное, Эдик замечает, что у меня опускаются руки. Я так напугана и потеряна, что хочется, чтобы кто-нибудь просто сказал, что…
- Клео, все будет хорошо. Прорвемся. Мы должны держаться вместе, раз оба попали в такую передрягу, - парень подходит и крепко меня обнимает.
Я так рада, что Эдик понял, чего мне сейчас не хватает. Вот этого примитивного: «все будет хорошо». Утыкаюсь лицом в его грудь и обнимаю в ответ.
Простое человеческое тепло может внушить мысль, что все не так уж и скверно. На мгновение в голове мелькает мысль, что парень не такой уж и плохой, каким я его считала все это время. А он очень даже милый, приятный и… я хочу, чтобы он не просто меня обнимал. Я хочу большего. Хотя бы поцелуя.
Поднимаю голову, чтобы посмотреть Эдику в глаза. На его лице слабая улыбка, от которой у меня по позвоночнику толпами бегут мурашки. Он наклоняется ко мне ближе, я даже прикрываю глаза и поддаюсь навстречу…
Звенит мой телефон. Испуганно дергаюсь. Эдик разжимает руки, давая мне возможность взять трубку.
Надеюсь, что это мама или папа, но это не они.
- Клеопатра, добрый вечер - доносится голос моего знакомого врача, которому я не так давно спасла жизнь. – Это Дмитрий. Врач из больницы, помните? Вы меня еще от велосипедиста спасли.
Удивленно хлопаю глазами и не знаю, что ответить. Я и забыла о нем. Послала тогда смску со своим номером, он не ответил. Думала, что все уже…
- Здравствуйте? – переспрашиваю я.
- Не отвлекаю?
- Да нет, - мне как-то неловко говорить в присутствии Эдика, с которым мы только что едва не поцеловались.
- Не смогли предсказать, что я вам наберу? – усмехается Дмитрий в трубке. Я закатываю глаза. Очень оригинально.
Вообще-то его голос заставил меня вспомнить то чувство, которое встрепенулось в груди, когда он мне улыбнулся. Это не то неловкое животное желание человеческого тепла и защиты, которое пробудил во мне Эдик. Здесь было нечто другое.
- Не смогла, как видите, - отвечаю ему слишком резко, и тут же жалею об этом и пытаюсь поправить ситуацию. – Не думала, что вы позвоните.
Это общение на «вы» меня немного раздражает, но в тоже время есть в нем некий шарм.
- Я не мог никак выкинуть вас из головы. Не хотите выпить со мной сегодня вечером чашечку кофе?
Сказать, что я удивлена, ничего не сказать.
- Подождите минуточку, я проверю свое расписание, - бормочу какой-то бред и закрываю трубку рукой.
Во все глаза смотрю на Эдика.
- Это врач. Зовет на свидание. Ловушка? – шепчу я.
Эдик недовольно пожимает плечами, но потом, обдумав что-то, вдруг говорит, чтобы я соглашалась.
- Иди. Пару раз встретишься с ним, и будет, где переночевать. А если ловушка, я буду рядом.
Для человека, который только что пытался меня поцеловать, Эдик выглядит максимально равнодушным. Зачем он хочет, чтобы я шла на свидание с этим врачом? А вдруг, я все себе придумала? Может, парень и не пытался меня поцеловать? А просто наклонялся, чтобы что-то сказать?
Я чувствую себя такой дурой. Конечно, он хотел что-то мне сказать. У него ведь только недавно погибла девушка. Зачем ему нужна я? Идиотка.
Беру в руки телефон и, улыбаясь, отвечаю.
- Да, я сегодня свободна. Когда и где встречаемся?
#книги для подростков #истории #интересно #что почитать #суперспособности #дети-индиго #индиго #силы #магия #городское фэнтези