"А между нами снег" 155 / 154 / 1
Ярина как будто онемела. Она поднялась с пола, пошатываясь, подошла к двери, открыла её и жестом показала Мустафе на выход.
Глаза араба горели огнём, а Матвей смотрел на него восторженно. Ярина вспомнила этот взгляд. Матвей смотрел точно также на Михаила, когда тот вернулся после своей пропажи. Мурашки побежали по телу мамыньки. Она, глядя в глаза арабу, вновь указала на дверь.
Когда Мустафа сделал шаг, Матвей схватился за его штанину и пролепетал:
— Дяденька, дяденька, не уходи, прошу тебя…
Мустафа остановился. Отцепил от себя детские руки и произнёс:
— Я возьму тебя с собой, сынок. Мустафа не бросит своего малыша.
Потом араб поднял на руки Матвея, подошёл к Ярине и сказал:
— Деньги верни, и тогда я не заберу у тебя сына. Если не вернёшь, заберу.
— Матвей, — прошептала Ярина, — сынок, разве ты хочешь бросить меня?
Мальчик опустил голову.
Ярина попыталась забрать ребёнка у Мустафы, но тот не давался, вцепился в шею араба мёртвой хваткой. Да так сильно, что у Мустафы покраснело лицо, и он начал покашливать и ловить воздух ртом.
Иван Григорьевич наблюдал за всем этим со стороны. Мустафа заметил его и, не спуская с рук ребёнка, подошёл к нему.
— Ты взял деньги?
От жгучего взгляда араба Иван Григорьевич задрожал, замотал головой.
— Шайтан, значит, живёт у вас? А эти? — Мустафа рукой указал на печь, где сидели младшие дети.
Ярина в один миг оказалась рядом с печкой и опять схватила кочергу. Замахнулась, захотела ударить Мустафу по ногам, а тот резко спустил с рук ребёнка и удар пришёлся по руке Матвея.
Столько истерических воплей, рыданий, детских слёз, всхлипываний Мустафа не слышал никогда.
Казалось, это всё будет длиться вечно. В ушах звенело. Разрыдались и младшие дети, да так громко, что араб пальцами заткнул уши.
Когда Ярина забинтовала распухшую руку сына, подошла к Мустафе и прошептала:
— Убью, если тронешь…
Всю ночь Мустафа просидел за столом. Прислушивался к каждому шороху, к каждому звуку.
В комнате было темно. На печи посапывали младшие дети.
Вдруг послышались шаги: неуверенные, неторопливые. Мустафа быстро понял, что они детские.
Это был Матвей. Он открыл дверь и вышел на улицу. Луна слабо освещала двор. Мальчик поёжился от прохлады и пошёл вглубь двора. Мустафа очень тихо за ним.
— Боженька, помоги вытащить, помоги найти, Боженька, я не специально… — довольно громко причитал Матвей.
Мустафа был умён и сразу понял, в чём дело.
Когда мальчик подошёл к сараю, взял грабли и направился к туалету, Мустафа напрягся. Даже заулыбался, предвкушая что-то приятное.
Матвей палкой подпёр в туалете дверь, чтобы не закрывалась, наклонился над дыркой в полу. А потом опустил туда грабли.
Сердце араба ушло в пятки. Он зарычал, а Матвей, испугавшись, взвизгнул, выбежал из туалета и дал стрекача.
Ярина выскочила из дома испуганная.
— Матвей, — кричала она, — Матвей…
Подойдя к туалету, мамынька увидела Мустафу, истерично смеявшегося и опускающего в выгребную яму какую-то длинную палку.
— Боже святый, — пробормотала Ярина, — утопил, ирод! Сына утопил! Люююююди, что же делается-то?
С бормотанья Ярина перешла сначала на вой, а потом на крик.
— Лююююди, сыыыыынаааа утооопииил…
Араб отпустил грабли и вышел из туалета.
— Шайтан тебя принёс, — закричал он. — Что же за семейка такая!
— Утопиииил…
Ярина упала наземь, громко рыдала.
— Ирод… — крикнула она сквозь рыдания, встала с земли и бросилась на Мустафу с кулаками.
Из соседних дворов стали подтягиваться люди с факелами.
Загавкали разбуженные собаки.
Кто-то кричал кому-то:
— Что случилось-то? Кто кричит? Ружьё брать?
Толпа окружила Ярину и Мустафу. Несколько человек наставили на Мустафу ружья.
— Он, это он, — крикнула женщина, делая из толпы шаг вперёд. — Ей Богу, клянусь. Месяц назад чуть было Полечку мою не увёл. Насильник он, ей Богу, он. Я хорошо запомнила.
Мужики повалили Мустафу и связали его. Он даже не сопротивлялся.
— Матвей, Матвей, — кричала Ярина, заглядывая в выгребную яму.
Один из соседей вызвался спуститься в яму, ему подсвечивали факелами. Находиться долго внутри он не мог, то и дело высовывал голову, чтобы отдышаться.
— Нет там никого, точно вам говорю, — мужик вылез и побрёл домой купаться.
Мустафу били ногами.
— Где ребёнок? Говори, сволочь…
— У-бе-жал, — еле произнёс Мустафа и потерял сознание.
Продолжение тут
Все мои рассказы тут
Заказать книгу "Бобриха" с моим автографом и сюрпризом можно тут