Говорят — октябрь; говорят — в это время природа укладывается спать. Но садовод лучше знает; садовод скажет вам, что октябрь — очень хороший месяц, не хуже апреля.
К вашему сведению, октябрь — первый весенний месяц, месяц подземного зарождения и прорастания, скрытого набухания почек; попробуйте, запустите пятерню в землю: вы найдете проклюнувшиеся ростки толщиной в палец, и хрупкие побеги, и жаждущие корни — да, да, уже весна.
Выходи, садовод, начинай посадки (только будь осторожен, не повреди заступом проросшую луковицу нарцисса).
Итак, из всех месяцев именно октябрь — месяц посадок и пересадок. Ранней весной стоит садовод над своей клумбой, где там и сям уже начинают высовываться острия почек, и размышляет: «Тут у меня немного голо и пусто: надо будет чего-нибудь посадить».
Примерно через месяц опять стоит он над этой самой клумбой, где успели уже взойти двухметровые хвосты дельфиниума, джунгли поповника, дебри колокольчиков и черт его знает чего еще, и размышляет: «Тут у меня немножко чересчур разрослось.
Гущина какая! Придется малость того… сделать прореживание и рассадить».
В октябре он стоит над той же клумбой, из которой там и сям торчит желтый лист или голый стебель, поразмышляет: «Тут у меня немножко голо и пусто.
Подсажу-ка я чего-нибудь: ну, скажем, шесть флоксов или какую-нибудь астру покрупней». Сказано — сделано. Жизнь садовода полна перемен и активной деятельности.
Ворча, но втайне довольный, обнаруживает в октябре садовод в своем саду голые места.
«Черт возьми, — говорит он себе, — тут у меня, скорей всего, что-то завяло. Постой, надо это пустое место засадить.
Например, золотенем или лучше цимицифугой. Правда, её у меня еще нет. Но лучше всего — астильбу. А на осень хорошо бы сюда Pyrethrum uliginosum . Да и камзичник на весну был бы неплох.
Стоп, я посажу сюда монарду — Sunset , либо “Кембридж Скарлет”. Да и hemerocallis тоже подошел бы».
После чего он в глубокой задумчивости идет в дом, вспоминая по дороге, что и морина — славная былинка, не говоря о кореопсисе; да и буквицей не следует пренебрегать.
Потом он поспешно выписывает в каком-нибудь цветоводстве золотень, цимицифугу, астильбу, pyrethrum uliginosum , камзичник, монарду, hemerocallis , морину, кореопсис, буквицу и сверх того еще анхузу и шалфей.
Потом несколько дней неистовствует, что посылка не приходит и не приходит.
Потом рассыльный приносит ему огромную корзину, и он мчится с заступом на голое место.
Не успел копнуть, как выворотил целый клубок корней с гроздью толстых ростков.
«Господи Иисусе, — ахает садовод, — ведь у меня тут была посажена купальница!»