Теперь я уже хорошо представлял ситуацию и не сомневался, что в заброске на Неройку надо опираться именно на дорожников, ведущих к ней дорогу. Во временном посёлке, на берегу Щекурьи, на этот раз была вахта другого начальника, но суть от этого не поменялась, приняли нормально. Вот только ночёвка не получилась такой спокойной, как в прошлый раз. А точнее, спать мне просто не дали…
Не знаю, какой уж повод нашёлся для застолья, но русский человек изобретателен на этот счёт. Сам предусмотрительно отказался от ненастойчивого предложения поучаствовать и оказался очень прав. По-началу процесс был сугубо мирным и весёлым. Каждый был при деле, в меру своих способностей, кто-то разливал, кто-то играл на баяне, кто-то пел. Мне выделили верхнюю шконку в дальнем углу балка, где и пытался изображать спящего корреспондента. Звание просто фотографа, почему-то никого не устраивало. Но затем вечеринка плавно перетекла в обычную пьяную разборку, с последующим мордобоем. Балок не выдержал нагрузки и заходил ходуном, как живой, а потом в страхе выплюнул шумную компанию на улицу.
Понятное дело, в любой драке есть свой инициатор, зачинщик. В этой компании он появился не сразу, подтянулся откуда-то в самый разгар веселья. В нём узнал паромщика, который перевозил нас через Щекурью, по дороге сюда. Ещё тогда обратил внимание на его немного странную и загадочную улыбку, будто что-то знает, но никому не скажет. Теперь всё прояснилось, парень просто жаждал приключений на некоторое место. Теперь его мечты воплотились в реальность. За ночь сеансов было несколько. В период антрактов всё успокаивалось, входило в мирное русло, потом опять появлялся неугомонный и не
убиваемый паромщик, вновь кого-то провоцировал, и всё повторялось с небольшими нюансами исполнения. И так до самого рассвета. Более поздним утром все участники мероприятия, как ни в чём не бывало, радостно делились впечатлениями.
- «А я его плошкой, плошкой» - то и дело, взахлёб, повторял один из героев, размахивая при этом изрядно помятой алюминиевой миской. Позже, когда уже вместе с дорожной бригадой и одновременно участниками ночного представления уезжал на вахтовке к рабочему участку, заприметил и главного героя событий, издали наблюдавшего за нашим отъездом. Теперь не его лице, цвета недозрелой сливы, уже не было той улыбки, зато было умиротворение.
Но, вероятно, в компенсацию за ночные испытания не пришлось в этот раз добираться до Неройки пешком. От рабочего участка доехал на попутном вездеходе.
