Начало здесь
- И как долго ты собираешься отдыхать тут? – разрывает тишину голос бабушки Глаши.
- Где? – я пытаюсь осмотреться, но вокруг тьма кромешная.
- В больничке. Валяешься тут без зазрения совести, врачей пугаешь.
- Как я их пугаю? Кстати, почему так темно?
- Темно, потому что ты без сознания. Этим и пугаешь врачей. Тело здоровое, ничего найти не могут, а ты все еще в отключке.
- И что мне делать?
- Возьми себя за шкиботину и заставь открыть глаза.
- Так можно?
- Тебе – можно. Подожди! Если что, ссылайся на потерю памяти. Мол, помнишь, как утром поехала по грибы (соседи могли видеть, как ты уезжаешь), а дальше ничего не помню. Мало ли… может, оступилась, упала, ударилась головой…
- Одна? По грибы? Да и одежда у меня не для грибов.
- Ну не знаю. Скажи, что накануне потеряла там серьгу или колечко или еще что. Поехала поискать…
- … поскользнулась, ударилась головой о дерево… - закончила я за старушку.
- Почему нет?
Никто не пытался докопаться до истины. Врачам – жива, здорова и ладно. Полиции – нет повода заводить дело и отлично.
Прошла все необходимые процедуры, подписала бумаги и свободна.
Моя одежда оказалась вся грязная, один кроссовок и вовсе где-то потерялся. Телефон целый, но разряжен в ноль.
Спросила у медсестры нет ли у кого зарядки, чтобы оживить телефон хоть на пару минут, чтобы позвонить. Она посмотрела на меня, как на ничтожество и пошла по своим делам.
Стою и размышляю:
- Телефон остался при мне, а налички нет. Как такое возможно?
- Карманы обчистили, вот и весь секрет, - услышала я за своей спиной.
Оборачиваюсь – пожилая женщина в халате. Тоже пациентка.
- Я думала вслух или…
- Вслух. Меня тоже по скорой привозили год назад. Телефон и документы с собой, а из денег только мелочь в кармане и осталась. Украли те, что меня на улице нашли или здесь не понятно. Я после этого сделала в одежде потайные карманчики и выходя из дома всегда прячу туда пятьсот рублей. Дать?
- У вас есть зарядка к такому телефону?
- Откуда? У меня дешёвенький, простенький. Дать? – повторяет свой вопрос собеседница.
- Что толку? На память я только свой номер помню.
- Я про деньги. У меня пятьсот рублей есть в заначке. Дать?
Улыбаюсь:
- Не боитесь, что не верну?
- Тю, нашла из-за чего переживать. Ты же знаешь, что я и с того света к тебе приду, если не вернешь.
- Вы…
- Я.
- Нет, я имела …
- И я это самое имела, - перебивает меня старушка. – Тут лучше не говорить открытым текстом. Знаешь, сколько охочих до нас найдется?! И им не объяснишь, что у меня одно, у тебя другое, а им надо третье.
Женщина посмотрела куда-то в только ей ведомые далекие дали.
- Деньги мне приносить не нужно. Отдашь их Макаровой Инне.
- Где мне ее найти?
Словно не слышала вопроса, собеседница продолжила:
- Ты ее сразу узнаешь. Маленькая, толстенькая, брюки в клеточку и рука в гипсе.
- Где мне ее найти? – повторяю свой вопрос.
- Придет время – она сама найдется. Просто будешь идти, увидишь ее и сразу вспомнишь про пятьсот рублей. Скажешь, тетка Лина передала.
- Вас Лина зовут?
- Эвелина. Но это как-то не по-нашенски. Лина проще и лучше. Помнишь, я говорила тебе, что меня год назад обчистили, как и тебя сейчас?
- Помню.
- Инна мне тогда 500 рублей и дала. Вот ты ей и передашь мой долг. Я-то с ней больше не увижусь.
- Почему?
- Разные пути-дороги у нас. Я же не знаю, что да как. Просто чувствую, что мы с ней больше не увидимся, а на твоем пути Инна будет. Не сегодня и не завтра, но скоро.
- А мы с вами еще увидимся? Хотелось бы пообщаться в непринужденной обстановке.
Пожилая женщина заулыбалась.
- Я многое знаю, но не все. Хотя…
Собеседница подняла вверх указательный палец и ушла в себя.
Немного смущенно, сказала:
- 29 августа. Но я не знаю, что это значит. Просто пришла дата.
Другие публикации канала:
Домик в деревне. Часть 1. Начало
Как только внучка войдет в дом схрон откроется