Песня «Край, где растут дикие розы», была в 1995 году исполнена Ником Кейвом и Кайли Миноуг. Дуэт на первый взгляд получился диковатый, хотя и сугубо австралийский. Это сродни тому, что лет двадцать пять назад Константин Кинчев предложил бы вокальный союз Алене Апиной. Хотя в случае с «розами» (ссылка на клип приведена в конце материала) учитывались некоторые противоречивые особенности нуара как мрачного жанра.
С одной стороны, «тёмное кино» восходило к «высокому искусству», кое мыслилось «не для всех». С другой стороны, оно обладало чертами подлинно народного культурного явления, увлечение которым было присуще всем социальным слоям, всем возрастам, вне зависимости от «гендерной принадлежности». То есть некий парадокс был само собой разумеющейся вещью.
Собственно в том, что Ник Кейв принадлежал к «нуарному пространству», не было ничего удивительного. Во-первых, такое пренебрежительное отношение к собственной жизни ещё надо было поискать. Во-вторых, альбом 1996 года «Баллады убийц» был преимущественно составлен из криминальных музыкальных композиций, сюжетную основу теста коих составляли ситуации, точь-в-точь наблюдаемые в классическом нуаре.
Хотя бы по этой причине уже в современное время мы можем слышать композиции Ника Кейва в многочисленных нео-нуарных проектах. Самыми известными из них являются сериалы «Острые козырьки» и «Джек Айриш». Хотя не будет лишним вспомнить такие фильмы как «Самый пьяный округ в мире», «Славные дни», «Ветреная река».
В рамках данного материала нас интересует несколько иной момент, а именно, использование в клипе на песню «Край, где растут дикие розы» образа, который был заимствован с полотна Джона Милле. Мы говорим об «Офелии». Несмотря на то, что тема Гамлета не раз использовалась в криминальном контексте («Гамлет идет в бизнес» и т.д.), образ Офелии не был сделан типичным для нуара.
Криминальная кино-особа экзотического вида
Хотя в то же самое время отсылки к этому полотну мы можем найти на широком пространстве криминального кинематографа: от «Мертвого штиля» до «Ремнанта – Всё ещё вижу тебя» и «Тельмы». Что это означает? Что имеется архетип, напрямую связанный с мрачным жанром, который не был раскрыт в современной массовой культуре. А это уже повод «для работы».
От «кискодава» до экс-символа панка в кино
Офелия как типаж выходит за рамки всех привычных для нуара женских амплуа. От «плохой хорошистки» до «девочки в беде». Она за их рамками. Хотя нельзя отрицать, что Офелия стала уделом трагического направления. Можно в качестве примера привести одноименный фильм Клода Шаброля. Именно по этой причине представленный клип имеет принципиальный, а вовсе не отвлеченный интерес. Опять же появляется возможность для импровизации на тему: нуар и прерафаэлиты…