«Я рад видеть, что у одного из наших предводителей хватило здравого смысла назначить юного воина своим глашатаем». Его взгляд с любопытством скользнул по ее шкуре. «Звездолом выбрал Черняка». И Синяя Звезда выбрала Львиногрива. Он кисло посмотрел на глашатая Грозового племени, когда тот поднимался по склону со своими соплеменниками. Оцелотка моргнула. Был ли он откровенно неверен своему племени? Перед кошкой из другого племени? Коготь продолжал. «Племени нужна свежая энергия, чтобы избавиться от старых верований». Он выжидательно посмотрел на нее. «Как ты думаешь?» Она сузила глаза. Он был воином Грозового племени. Она еще не была готова простить смерть своих соплеменников. Но она не могла не согласиться с ним. «Я думаю также», — проворчала она и отвернулась. Метеор был почти на вершине склона. Она помчалась за ним, переплетаясь между своими соплеменниками, чтобы догнать его, и достигла его, когда он шел по тропинке через лес. «Метеор!» Задыхаясь, она остановилась рядом с ним. «Ты не можешь этого сделать!» Признав ее взглядом, он продолжил идти. «Ты не можешь позволить племени Теней охотиться на нашей земле», — настаивала она. «А ты не можешь бросить мне вызов перед племенем». Его уши раздраженно дернулись, когда он посмотрел через плечо. Волнорез и Чащобник переглянулись. «Ты моя глашатая». Нахлынул гнев. «Тогда почему ты не посоветовался со мной?» Метеор оттолкнул ее от тропы за раскидистый можжевельник и впился взглядом в нее, в то время как остальной патруль двинулся дальше. «Не было необходимости советоваться с тобой», — мяукнул он, когда патруль исчез. «Я знал, что ты скажешь». «Я бы сказала только то, что сказал бы любой настоящий воин!» — горячо мяукнула она. «Ты не можешь дать права на охоту другому племени!» «Ты хочешь воевать с двумя племенами? Защититься от племени Теней и сохранить Нагретые Камни?» «Нам нужно попробовать!» «И потерять еще воинов?» «Мы просто собираемся отдать нашу территорию какому—нибудь племени, которое об этом попросит?» Она не могла поверить, что он так легко сдастся. «Ты позволишь им прогнать нас, как племя Ветра?» «Конечно, нет», — прорычал Метеор. «Но единственный способ выжить — проиграть эту битву. Тогда мы сможем выиграть войну». «Как?» — потребовала она. «Когда мы потеряли уважение всех остальных племя? Когда мы показали им, что они могут нас подтолкнуть?» «Все изменится». Его тон стал мягче. «Я понимаю, почему ты расстроена, но нам нужно дать себе время. Это одна из причин, по которой я сделал тебя глашатаей. И до сих пор у вас все хорошо. Я вижу, как ты пытаешься усилить Речное племя — пограничные патрули, дополнительные боевые тренировки — и я хочу, чтобы ты продолжала это делать». «Почему? Мы не готовы к бою?» «Потому что однажды нам, возможно, придется это сделать. Но этот день не сегодня». Она беспомощно смотрела на него. «Ты даже не сказал мне, что заключил сделку с Звездолом». «Я знаю». Он тяжело вздохнул. «Я знал, что ты захочешь сразиться с Звездоломом, прежде чем согласишься на его условия». «Это было неправильно?» «Нет», — мяукнул он. «Но тебе нужно научиться драться. Если предводитель на все реагирует когтями, мы всегда будем в состоянии войны.
