Найденный/потерянный рай
На Гавайях изменилось земледелие, в первую очередь из-за инвазивных видов: муравья-огневки, жуков-бурильщиков, одичавших свиней и других. Гавайи превратились из рая в пылающий климатический ад. Кроме того, возраст подкрался к нам, как жук, вгрызающийся в кофейное зерно. Жесткая, горькая внешность не может остановить наступающие годы. Мы переезжали.
Я родился в лучшем месте на Земле - на Каскадах. Или они были. Сегодня это все огонь, жара, вымирание, засуха; угрожающему небу не видно конца. Дымка вокруг горы Рейнир сегодня утром была многообещающей, но восходящий огненный шар смерти, который мы называем "солнцем", рассеял их: в воздухе появились мечтательные дымки замков.
Горячая кровь
Колья для нашего нового дома вбиты в землю, но я готов снова выдернуть их и воткнуть в любого, кого сочту кровососущим вампиром.
В моем настроении конца времен это может быть кто угодно: паразиты, все еще покупающие пластиковые пакеты, отрицатели науки, тот парень, остановившийся в пути, но все еще извергающий токсины, раскольники, новостные каналы. Тот придурок, который построил свой дом всего за три месяца и посадил газон, тетя или дядя, в социальных сетях. Себя. Кто угодно.
Задержка строительства произошла из-за внезапной отставки нашего строителя. Затем COVID-19, затем паралич цепочки поставок, затем палящие температуры.
Трехзначная жара стала последней обугленной соломинкой, которая обожгла спину верблюда.
Возвращение на мой любимый Тихоокеанский Северо-Запад было основано на прохладе и убежище этой земли. Переплетенные лентой серебряные дары рек, сверкающие жемчужно-белые вершины, просторные долины изумрудного цвета - и салат. Прохлада Сиэтла до Безоса, радость июня-января, теплый кофе в холодную ночь, радостное празднование ног в шортах - для краткого окна вуайеризма - мы называли "летним днем".
Я выросла в условиях морозной, сверкающей зимы, дуновений веселой, зеленой весны, редких, обжигающих летних дней и укутывания каждого костюма принцессы на Хэллоуин в дождевики и пуховые куртки. Настоящим развлечением было вымогательство конфет у соседей в темноте и холоде.
Ежегодное весеннее волнение разворачивалось, когда Тахома (гора Рейнир) в вулканической славе говорила горе Святой Елены: "Теперь моя очередь светиться, сестренка".
Некоторые говорят, что конец света наступит в огне
Солнце, которому мы когда-то поклонялись, превратилось в тирана, и на него обрушиваются жгучие солнечные лучи. Кондиционер - когда-то пустая трата денег для простых дураков - требует, чтобы мы пробивались сквозь раскаленный асфальт. Концепция штор на окнах говорит нам, что тень знает лучше.
Появился дым. Качество воздуха изменилось с хрустящего на жевательное и сверххрустящее. Никаких костров на заднем дворе, никаких фейерверков, никаких праздничных свечей. Ни у кого не хватает дыхания, чтобы их задуть. Сегодня мало снега на вершинах, нет возможности укрыться от жары. Нет спасения от упреков тех, кому мы когда-то могли сказать: "Я же тебе говорил".