Стала слабой. Надо быть сильной, выдерживать все удары судьбы, а я наоборот. Последний год меня выжал. Я была сильной очень долго. Держала руль, старалась.
А сейчас прямо ощущаю хрупкость. Больше не могу вбить гвоздь. Тяжести уже не носятся так легко. И проблемы мира уже не так легки, как раньше. Девочкость.
Меня воспитывала сильная женщина, дома женской сущности не было места. Бабушка рано вдова, мама в разводе. Я росла сильной. Рано пошла работать, рано ехала из дома. В 13 я могла сварить еды на всю семью и заботилась о младшей сестре. Я не умею быть слабой.
В отношениях со слабостью тоже не сложилось. Ждала парня из армии год, потом не самые простые отношения, потом история с наркоманом и муж. В начале он буквально носил меня на руках, но я долго не доверяла ему. Ждала подвох. Девочкой я так и не стала, только матерью.
А вот Арес… С ним я была женщиной, девочкой. Хрупкой и беззащитной. Он как огромный бог закрывал меня от всех бед мира. Тогда это открылось во мне и стало зреть. Арес отдалялся, а девочковость росла. Во мне еще есть сталь, но появилась женственность.
И что с ней делать? Как быть хрупкой, если надо выживать? Как оставаться девочкой, если надо починить розетку? Может от усталости, может просто так, но я стала чувствовать слабость. Какую-то хрупкость во всем теле. Желание быть под защитой. Это очень непривычно, я не знаю, что с этим делать…
Я и внешне за год стала женственней. Платья для меня уже более привычный наряд, перед зеркалом уже больше 3х минут. Неизменные каблуки, но в школе порой и переобуваюсь – не выдерживаю. Я стала пить чай в школе (раньше не могла), я стала просить помощи, чего вообще не случалось. Странно это.
Иногда так хочется довериться кому-то, но очень страшно. Страшно что снова предадут, что нужно проходить это заново, а я не готова. Я стала чаще плакать. Просто так, почти без повода. От слабости. Нужно ли это убирать? Не знаю. Пока пусть будет, может и привыкну к этому, быть женственной.