Журналистской этики как отдельного предмета у нас на факультете не было в годы моей учёбы. Не знаю, жалеть ли об этом. Возможно, таким субъективным понятиям, как мораль и совесть, научить нельзя или во всяком случае в рамках высшего образования — поздно. Но возможно, попытка не пытка и поздно лучше, чем никогда.
Так или иначе, с проблемой журналистской этики я сталкиваюсь всю жизнь на каждом шагу. То как автор статей, то как герой чужих публикаций.
Пресса, как и многие сферы жизни сегодня и не только, подчиняется принципу «кто платит, тот заказывает музыку». И как человек, периодически тоже выступающий в роли платящего заказчика, не могу считать этот тренд совсем уж несправедливым. Но всё же...
...Один из самых коробивших меня тезисов, который мне доводилось услышать из уст якобы профессионального редактора, приходившегося мне руководителем: «Если публикация не оплачивается интервьюируемым, значит мы не обязаны учитывать его просьбы, что включать, а что не включать в итоговый текст». Побывав «по ту сторону», могу сказать, что в течение жизни я давала несколько десятков интервью, и, если не считать теле- и радио-, где слова исходят непосредственно из моего рта сформулированы так, как я сочла нужным, в печатных СМИ довольна я оставалась два раза. Из них один — благодаря именно тому, что журналисту его представления об этике подсказали целесообразность согласования и некоммерческих публикаций тоже, и я просто переписала текст практически целиком сама.
...Мне часто доводилось писать на заказ на нейтральные для меня темы, по которым я не имела собственной позиции. Но если в рамках работы приходилось касаться тем, по которым моя позиция была чёткой, важной для меня и не совпадающей с редакционной, интуитивный компас журналистской этики всегда указывал на следующий сценарий:
— делать в тексте обзор мнений и среди них требуемое изданием обозначать как доминирующее, но ни намёка не давать на то, разделяет ли его автор;
— искать первую же возможность сменить место работы, пока не запросили-таки явного авторского вовлечения в идеологию и не возник конфликт с совестью.
Общие представления о том, что такое хорошо, а что такое плохо на журналистском поприще, сформулированы и в Международных принципах профессиональной этики, принятых ещё в 1983 году, и, если говорить конкретно о нашей стране, в соответствующих национальных кодексах.
И всё же сквозь огульные, часто амбивалентные при их интерпретации лозунги о свободе слова, достоверности сведений и сохранении в тайне конфиденциальных источников, я при исполнении работы журналиста вычленяю в основе собственной профессиональной этики один главный принцип: направляемая в массы информация должна как минимум не нести вреда. По крайней мере потенциально, ибо, соглашусь с классиком, нам не дано предугадать, как наше слово отзовётся. И тем не менее здравомыслящий автор в состоянии оценивать, может ли его публикация подтолкнуть кого-либо к опасным мыслям, посеять раздор, научить читателей/зрителей/слушателей чему-то неверному или аморальному.
В случае если статья, которую мне поручено написать, не несёт в себе, на мой взгляд, пользы, я контролирую, чтобы она выходила в печать без указания авторства, ибо в личном портфолио качество важнее количество и подобного рода материалы его не украшают. Но если заказываемый текст может оказаться общественно вредным, такие заказы журналист брать не должен ни за какие коврижки ни в одной валюте.
Правда, в нашем пронизанном субъективностью миром едва ли ни у каждого своё мнение о вреде и пользе. И видя в СМИ материалы, которые вместо разумного, доброго и вечного дарят совсем противоположное, никогда не знаешь наверняка, является ли автор продажным или же на палитре его мировоззрения белое примерно там, где по идее должно размещаться чёрное.
#журналист #профессионализм #этика #пресса #свободаслова #СМИ