Сны

Несколько дней я пролежал в своей комнате, наблюдая за собственными мыслями. Все казалось таким далеким и неправдоподобным, словно это была какая-то другая, чужая мне жизнь. Ночь за ночью я сочинял эти невероятные события. Иногда, когда я заканчивал очередную поэму или поэму. Которую так и не решил назвать ни как, а лишь, как и первую — «Сны». Вскоре я выяснил, что ноты с этим названием тоже существовали. Я произнес его вслух.

— Сны? — раздался из тени за моим плечом голос Геммы, — какое глупое название. На самом деле, призраки не видят снов.

Но некоторые умеют их видеть. И некоторые даже верят, что могут.

— Я не верю в призраков. Я могу сказать, что сейчас день и я вижу солнце. И сама об этом не подозреваю, – ответил я, по привычке спрятав улыбку. — Я рад, что ты не заметила. Так удобнее.

Лицо Гембы оставалось непроницаемо. Она знала, что я сам сочинил это название, которое мне очень не нравилось. Я не хотел пользоваться его смыслом, но не знал, как еще назвать.

Он сверкнула глазами. – «Ведающие Знание» — было бы лучше.

Я пожал плечами.  — Хочешь, чтобы я сказал, что это неудачное название? Я хочу, чтобы ты просто сказала, откуда ты знаешь, что все дело в сновидениях?

Она так холодно и высокомерно посмотрела на меня, что мне показалось, будто ее красивые черты исказились и сделались уродливыми.

Я с трудом смог сохранить самообладание. Я очень любил ту девочку, которую знал. И мне нравилось, как она смотрела на мир. Но все-таки я пытался довести до нее, что она не права.

На мои слова она презрительно фыркнула и отвернулась, отгородившись от меня длинными прядями волос. Я никогда не видел ее такой — спокойной, сдержанной, уверенной в себе. Ей не хватало только стека в волосах, как у наемника. Она подошла к кровати, на которой я лежал, положив руку мне на лоб.