На своём веку я знал много журналистов. Большинство из них были профессионалами. Некоторые были очень честными. Другие были честными только перед камерой. В жизни, когда камера их не снимала - другими. Не буду говорить какими, другими!
Некоторым очень везло с подбором материалов. Вот что не сделают - то хит, о котором только потом и разговоров. Но чтобы журналист был и честный, и материалы находил такие, что от зависти умрёшь, такой был только -Аркаша Мамонтов.
Всё таки человека узнаёшь, не когда с ним на работе, а когда встречаешься вне её. У меня был способ убедиться, что и вне работы Аркаша остаётся честным и принципиальным человеком.
Один крошечный случай доказал мне, что удачи Аркаша вовсе не случайны. Он действует правдиво и честно даже в тех случаях, когда камера не снимает.
Мы дружили. На работе естественно говорить о посторонних делах было некогда и иногда мы садились где -нибудь в кафе, чтобы просто поговорить. Так было и на этот раз.
В кафе, кроме нас, сидели еще трое – молодая пара и женщина средних лет. Парень и девушка ушли, как только мы сели за стол. Женщина, скосив глаза в нашу сторону, продолжила свои попытки зажечь сигарету. Спички в ее пальцах ломались одна за другой. Она была пьяна. Вынув сигарету изо рта, она попыталась засунуть ее назад в пачку. Но та гнулась и упорно не хотела засовываться. Тогда дамочка не нашла ничего лучшего, как вытащить из пачки все сигареты, вложить туда непокорную, а потом засунуть в пачку все остальные. Этот эксперимент закончился тем, что половина сигарет переломалась и после пары неудачных попыток она бросила переломанные сигареты вместе с пачкой на пол. Дальше она стала копаться в своей сумочке. Не найдя то, что нужно, она с грохотом высыпала всё её содержимое на стол, разровняла кучку и принялась что -то искать.
Мы с Мамонтовым некоторое время с улыбками наблюдали за ее действиями, потом отвлеклись на разговор и уже больше её не замечали.
Вспомнили мы о женщине, когда она появилась рядом с нашим столом. Шатаясь, она попросила дать ей прикурить:
- Будьте любезны, мадам, - с непередаваемо комичной миной, поднёс ей Аркаша зажигалку.
- Авек плизир сильву пле, - перебрав все известные ей французские слова, сделала дама книксен, едва при этом не упав. И если бы мы её не поддержали, она бы наверняка это сделала.
Спустя минуту мы снова углубились в разговор, забыв о ней. Все наши разговоры в то время касались недавно закрытого канала НТВ, уволенных оттуда сотрудников и маловероятной возможности вернуть всё на круги своя.
Подошел официант. Мы заказали обед.
– И чая принесите, – вспомнил Аркаша. -Облепихового.
Официант кивнул и удалился. – Слышал, наши сегодня с главой администрации встречались, – сказал он, косясь время от времени на дамочку. Я качнул головой:
– Что толку-то…
– Думаешь, ничего не будет? Три часа разговаривали. Сам приходил, ты в курсе?
- Нет.
– За закрытыми дверями общались!
- И что?
- Ну, да. Он их выслушает – и все. Что он может сделать? А все будут думать, что президент хороший парень, демократ…
– А разве нет?
– Не знаю…Сплошные домыслы. О чем они там говорили, зачем?
– А ты сам-то как думаешь?
– Выглядит, как пи -ар, а там – кто его знает?
– У Вас зажигалки ещё найдется? Потухла...– Пьяная женщина снова оказалась возле нас, держа в руках потухшую сигарету и теперь с вызовом ждала, когда ей поднесут огня. Аркаша достал зажигалку и с тем же комичным выражением на лице, напоминающим опьянение от некой неприличной мысленной картины, дал ей прикурить.
Дама снова сделала маленький книксен и, шатаясь, пошла к своему столику. Мы с Аркашей тихо рассмеялись. Провожая даму до столика глазами, я заметил, что на ней дорогое, явно из бутика, платье, золотое колье, перстни и серьги с бриллиантами.
– Гуляет девушка, – подмигнул мне Мамонтов.
– Аркаш, ты верующий? – спросил я, глядя на ее вихляющую походку.
– Да. Православный.
В доказательство он перекрестился.
– Скажи мне, для чего живет человек?
– Чтобы родине служить, – отчеканил Аркаша. – Народу, отчизне…
– Легко тебе. А если народу до тебя нет дела, тогда что? Тогда кому служить?
– Президенту, стране! – сказал Аркаша. – Ты чего мне провокационные вопросы задаешь? Тебя подослали что – ли?
– Да не, это я так…Лежал тут недавно в больнице, думал все время. Там мне такие таблетки давали, что надо заставлять себя думать, а то мозг откажет. А если б тебе не платили, ты бы служил родине?
– Не, бесплатно я не могу. У меня же алименты, дочка растет... – покачал он головой.
Внезапно послышался стук. Мы обернулись. Дама лежала на полу. В ее руке дымилась сигарета. На столе в лучах солнечного света искрились смятые и наполовину опустошённые упаковки от таблеток.
– Кажись, представилась…- сказал Аркаша.
Мы подскочили и подбежали к дамочке. Рядом с ней валялась ее сумочка и пустая упаковка от «Фенозепама».
– «Скорую» надо, – сказал я.
– Хороший у девушки приход, – заметил Аркаша, поднимая и рассматривая пустую упаковку от таблеток. – Качественный…
– Скорую мы уже вызвали, – подошел к нам официант. – Еще десять минут назад. Как только увидели, что она таблетки ест.
– Молодцы, что так реагируете, но надо что-то делать, пока Скорой нет. Нынче они не быстро ездят. – сказал Аркаша. – Не дай бог умрет...
– Что ты предлагаешь? – Удивился я.
– Где у вас туалет? – Спросил Мамонтов.
– Мужской там. – Указал рукой официант.
– Зачем нам мужской? – Глянул Аркаша вниз, на упавшую. - Тут вроде женщина.
Даму несли втроем. Она оказалась неимоверно тяжелой. Едва она встала на колени перед унитазом, ее вырвало.
– Вот дерьмо! – Сказал официант.
– Это ещё не дерьмо, – философски заметил Аркаша. – Но оно вполне может быть.
Будто в доказательство, дама, замычав полезла под платье, видимо, чтобы опустить трусики. Мы тактично вышли из туалета.
Возле уборных собралась толпа из служащих и охраны кафе. У стола, где сидела женщина какой -то парень копался в её сумочке. Увидев это, Мамонтов закричал:
– Так, вот только не надо ничего трогать! – Крикнув, он ринулся к парню и выхватил у него из рук сумочку. – Не хватало нам еще скандалов!
- Ты кто вообще? – Спросил он его.
- Я –никто, - глупо усмехнулся парень. – Просто смотрю, сумочка на полу лежит, никого нет, дай думаю, посмотрю, может, потерял кто. Чтобы отдать. -Добавил он.
- Ага, давай топай, -не поверил ему Аркаша, показав на дверь. –Много тут таких, честных.
Парень, пожал плечами и поплёлся к двери.
– Это правильно, – подойдя к Мамонтову, тихо сказала какая -то официантка, глядя на удаляющегося парня. – У нее полные карманы долларов были, нас потом за них всех убьют. Вы знаете, -обратилась она ко мне – она когда только приехала с ней какой-то мужчина был, ну из этих – девушка растопырила пальцы, они поругались, и он уехал.
– Разберемся… – деловито заявил Аркаша. – Ну, как она там, отошла? – Услышав шум, спросил он у официанта, который зажав рукой пах, мелко приседал и морщился.
– Настолько отошла, что лягнула меня зараза и закрылась в туалете.
Аркаша подошел к двери и, приложив ухо, стал слушать.
– Чего - то у неё тихо, – наконец, сказал он. – Постучав несколько раз и не получив ответа, он спросил: «Вы можете открыть дверь?»
– Идите все в жо-пу! – Отчётливо донёсся из туалета пьяный женский голос. Затем опять послышался звук падающего тела.
– Слесаря, – сказал Аркаша. – Быстро!
– Позвать? – Уточнил официант.
– Нет, блин, тело обмерить! – Побагровел он. – Конечно, зовите, как можно быстрее!
Побежали за слесарем.
– А мы пока сделаем опись вещей и денег, – сказал Аркаша, доставая блокнот и ручку. Долларов в сумочке оказалось свыше шести тысяч. Официанты, хлопая глазами, смотрели на кучу денег, разложенную Аркашей на столе. Переписав номера, Аркаша сложил их в конверт и заставил официантов расписаться, словно понятых. Я отметил, с каким уважением они смотрели при этом на Мамонтова. Никто так до конца и не узнал в нем известного журналиста. Все – таки профессионал, он профессионал во всем. Достав из сумочки женщины сотовый телефон, Аркаша набрал последний номер.
– Алле, это кто? Дмитрий? Очень хорошо, Дмитрий. Вам знакома женщина по имени – Аркаша открыл паспорт – Диана Хаффнер? Я -кто? Я только что спас ее от смерти. Вы ее сын, да? Очень хорошо. Приезжайте. Кафе «Сказка» на улице Ямского Поля. Да. Нет, все в порядке…Очень приятно. Нашатырь на всякий случай не забудьте…
Когда слесарь, наконец, открыл дверь в дамский туалет, всем открылась идиллическая картина. Женщина, свернувшись калачиком, преспокойно спала, обняв унитаз.
– Второй раз за этот месяц замок в двери меняю! – Пожаловался слесарь.
– А вы ей в счёт включите! – Посоветовал я.
– Это идея! – Кивнул официант.
– Петя, сколько стоит дверь? - Обратился он к слесарю.
– Да уйди ты! – Отмахнулся слесарь. – Не до тебя сейчас.
Дима прибыл на «Мерседесе» с личным водителем. Долго извинялся и не хотел пересчитывать деньги. Затем написал расписку, как этого потребовал Мамонтов.
– Как ее фамилия? – Спросил Аркаша, прочитав расписку.
– Шаповаленко.
– А в паспорте Хаффнер.
– Это по последнему мужу, – неохотно заметил Дима.
– О кей, – кивнул Аркаша. - И заплатите слесарю за сломанные замок и дверь. – сказал он.
– Конечно, конечно…-засуетился Дима, доставая кошелек. – Рубли, доллары?
– Пятьдесят долларов, – сказал слесарь.
- Да, нет, возьмите лучше сто.
Вытянув из пачки одну банкноту он расплатился, а затем, взгромоздив с помощью персонала на руки божественную Диану, перенес ее из туалета в машину. Когда автомобиль уже уехал, из кафе выбежала официантка, размахивая перед собой чем-то черным:
– Трусики, трусики её забыли! – Закричала она. Но машина уже свернула за угол. Покрутив немного трусы в руках, она выбросила их в урну на входе у кафе.