Клавдия Ивановна сидела у окна, смотрела на одинокого воробья, который прыгал по двору, искал жучков.
- Что, дружок, худо тебе? Одиноко? - спросила она воробья.
Воробей не обратил на неё внимания.
- Одиноко, я знаю, - добавила Клавдия Ивановна. Открыла окно и бросила воробью хлебные крошки. Воробей взлетел, но, сделав круг, опустился на землю и стал клевать крошки.
Вот уже больше месяца так начинался каждый день и для Клавдии Ивановны, и для воробья.
Днём ещё как-то можно спокойно жить, а вот ночью… Ночью накатывают воспоминания.
После медучилища приехала работать в небольшой город, дали комнату в коммуналке. Квартира трёхкомнатная, в ней жили такие же молоденькие девчонки — бухгалтер и учительница. Жили дружно, весело.
В соседней квартире жила семья — родители и четверо маленьких сыновей. Когда мальчишки болели, родители бежали к Клавдии, и она сбивала температуру, делала уколы.
А потом серьёзно заболела мать этих детей. Клавдия помогала отцу с детьми и домашними делами. Через месяц мать умерла.
Клавдия жалела детей, младшему не было ещё и года. И так как-то постепенно она больше жила в их квартире, чем в своей комнате. То кто-то из детей болен, то отец задержался на работе, то старший двоек нахватал, и надо его подтянуть по какому-то предмету.
Как-то пришёл отец, уставший с работы, а дома прибрано и вкусно пахнет, тогда он и предложил:
- Клава, выходи за меня замуж. Без тебя мне не справится.
Она согласилась. По началу никакой любви между Клавдией и Александром не было. Она заботилась о детях, он зарабатывал деньги. Детей Клава любила по-настоящему. А потом пришла любовь и между взрослыми. Стали жить большой, дружной семьёй.
Мальчишки выросли, получили профессии, женились, разъехались. Часто приезжали к родителям, внуков привозили на каникулы.
Дом, в котором они жили, попал под расселение. И родители переехали в новую, просторную трёхкомнатную квартиру. Тогда на новоселье приехали все. Счастье было огромное.
В семьдесят лет у Александра случился инсульт, врачи давали неутешительный прогноз. Но Клавдия выхаживала мужа — массажи, зарядка, упражнения. Через три года он научился вновь ходить. И прожил ещё восемь лет.
На годовщину смерти приехали все сыновья. Помянули отца, а потом… Разговор начал старший сын:
- Понимаешь, - начал он, никак не называя Клавдию. - Ты уже тоже не молодая. Если с тобой что-то случится, кто за тобой будет ухаживать? Да и тебе не нужна трёхкомнатная квартира. Что ты в ней футбол гонять будешь?
Клавдия молчала, она понимала, что он в чём-то прав. Но она не находила ответов. А он, помолчав, продолжил:
- Я нашёл хороший дом престарелых, тебе там будет хорошо. А квартиру мы продадим. Согласись, квартира всё-таки наша. Ты бы одна такую не получила. Деньги нам не будут лишними.
Младшие, теперь уже, видимо, бывшие сыновья, сидели, повесив голову. Клавдия заплакала, ушла в спальню.
Она слышала, как спорят сыновья. Но спорят они не о том, сдавать ли Клавдию в «сиротский дом», а о том, как они будут делить деньги. Больше всего кричал младший, которого Клавдия вырастила с пелёнок.
Она, наконец смирившись со своей участью, успокоилась, вышла к сыновьям:
- Где я должна что-то подписать?
Так оказалась Клавдия с одиноким воробьём за окном, которого она кормит хлебными крошками.
Читайте мои рассказы и оставляйте комментарии.
Ставьте лайки и подписывайтесь на канал.
#рассказы #одинокая старость #семейные отношения #елена слинкина