Плохо сплю. Последний год вообще проблемы со сном. Всю прошлую осень провела на снотворном. С наступлением учебного года снова стала пить. Иначе не высыпаюсь. Казалось бы, надо ложиться раньше, но не выходит. Хорошо спала только весной, хоть и мало. Просто состояние души было такое.
Не знаю почему, но последние пару дней думаю о бывшем, точнее о его камбеке весной. Наверное, из-за рассказа. Я помню, как все мне говорили, что он вернется. А я не верила. Чтобы вернуться нужно осознать, что ты наделал, понять свои ошибки, работать над собой. А мой Лев на это не способен.
Поэтому я не верила в его возвращение, даже когда он сам на это намекал. В апреле он пришел «к дочери». Сказал, что останется на весь день, хотя к о мне вечером пришла подруга. Сходил с нами в магазин (боже, как дочь была рада, держа нас обоих за руки) и просидел до 2х ночи со мной. Подруга ушла около 11. А мы сидели и болтали. Уже не очень трезвые. Я помню, как задремала на его плече. Мы никогда не пили вместе, я же не пила.
Уходя тогда он спросил, открыта ли еще дверь. Это наша метафора. Когда развелись я сказала, что дверь будет открыта еще долго. И я сказала, что щелка еще есть. И он в нее пролез. Раздолбал правда эту дверь к хренам, когда уходил второй раз.
Когда он вернулся без предупреждения он ставил условия. Нет сек**, нет поцелуям, нет радости в соцсетях и много еще нет. Он ждал что я приму его без слов. Говорил «дайте мне год, полгода». Думал я снова все стерплю и подчинюсь, давая ему свободу действий. Он не учел, что время шло и я менялась. И терпеть не была намеренна.
На второй день он сказал, что поспешил вернуться. Что он тут чужой, что у нас уже своя жизнь. Так и было. Мы жили без него 4 месяца. У меня тогда был Арес, хотя именно в этот момент начался кризис, буквально за день до его возвращения. Я уже была не та и не хотела ни сек** с ним, ни поцелуев, ничего. Я приняла его из-за дочки, из-за ее любви к нему. Да, он был еще в моем сердце, но уже не так.
Он с порога начал говорить, что вернутся не ко мне, а к дочери. Но дочерью почти не занимался, проводя время в разговорах со мной. Он повторял это каждый день, будто сам хотел в это поверить. И не поверил. Спал со мной в одной кровать, ел еду, которую я готовила, вечерами говорил со мной.
Чтобы вернуться нужно работать. Все было возможно, если бы он действительно этого хотел. Но он хотел просто вернуться, чтобы все было как раньше. Ничего при этом не делая. Но не вышло. Как только началось учебное время он вернулся обратно. Возя свои вещи туда-сюда. Он внес меня в ЧС в контакте, блея при этом о том, что он внес туда всех. Ему было стыдно за этот детский сад, ведь я и не говорила с ним там. Только фото дочери посылала.
Уходя он сломал ту дверь, что была открыта. Вдребезги. Она будто не была деревянной, а из хрусталя. И у меня не возникало желания ее починить. На прощание он попросил у меня прощения. Искренне так, выглядел как пес побитый. И я сказала правду – что никогда его не прощу. Он еще пару дней пытался выяснять как я, ведь я собиралась на свидание с Космонавтом. Потом он пропал на 3 месяца.
Сейчас он снова появляется в нашей жизни. Надеюсь, что сейчас именно ради дочери. Я больше не хочу общения с ним, я больше не хочу его в своей жизни. Наладим общение через свекровь и не нужно будет встречаться.
Мне кажется у этой семьи просто нет больше шансов. Для того, чтобы реанимировать это нужна работа. Мой Лев на это не способен, да и я, пожалуй, уже тоже.
Остается один вопрос, который Кира задавала себе часто. От которого меняется реальность, если его задать. «А что если?»