Похоже, само имя «Лаврентий Берия» до сих пор обладает какой-то мистической силой. Одних оно пугает, словно страшный сон, увиденный в детстве. Другие, наоборот, слышат в этих звуках рокот грозы, которая неизбежно настигнет и спалит всех нечестивцев и грешников.
Публикацию «Жена писателя и наложница Берии» прочли больше семидесяти тысяч человек – примерно столько живёт в небольших городах и посёлках. Вряд ли такой повышенный интерес вызвала просто история жизни двух советских актрис – Ангелины Степановой и Татьяны Окуневской. Вероятно, внимание привлёк эпизод, рассказанный самой Окуневской и оставивший тяжелейшую психологическую травму – изнасилование. Насильником, по словам актрисы, оказался шеф госбезопасности.
Многие, прочитавшие публикацию, бросились защищать доброе имя Берии. «Он занятой человек, когда ему за такими ухлёстывать», - писал один комментатор. А вот реплика другого: «Где ему тогда было взять время и силы на разврат?»
Возникает встречный вопрос: когда и кому из больших начальников многочисленные служебные обязанности мешали заводить шашни на стороне?
Конечно, бывают исключения, но странно утверждать, что среди политиков и управленцев не может быть ходоков. Билл и Моника в Белом доме – памятный пример.
Часть комментаторов пишет, что дочь Окуневской называла мать мистификатором и выражала сомнения в том, что все рассказы актрисы были абсолютно правдивы.
Лаврентию Берии приписывают десятки и даже сотни случаев, когда он якобы насиловал девушек и женщин разных возрастов, от старшеклассниц до вполне зрелы дам. Можно ли утверждать, что обвинения в насилии столь же обоснованы, как и обвинения в шпионаже в пользу Великобритании? Пока большая часть документов по делу Берии засекречена, можно верить на слово всему или не верить совсем.
Не подлежит сомнению другое: Берия действительно был талантливым организатором и благодаря его руководству атомным проектом у Советского Союза появилось ядерное оружие. Случилось это прежде, чем США успели разработать план нападения на СССР. Так что благодарить за атомную бомбу как фактор сдерживания надо Лаврентия Павловича.
Есть ещё один эпизод, серьёзно повлиявший на развитие науки в Советском Союзе. В 1952 году член-корреспондент Академии наук СССР Александр Максимов начал компанию, напоминающую ту идеологическую проработку, которая привела к разгрому в генетике. Максимов обвинял коллег-физиков в идеализме и призывал отказаться от теории относительности. Был риск, что вместо научной дискуссии начнётся шельмование учёных, чьи работы базировались на постулатах Эйнштейна. И тогда несколько академиков написали письмо Берии. Статью Максимова они назвали «невежественной и антинаучной», отвлекающей от экспериментальной и теоретической работы. Берия принял сторону физиков.
Атомное оружие или чистота марксизма? Вероятно, для Берии подобный вопрос вообще не стоял.