Я немного приблизилась к Лебу.

– скомандовала я Каллуму. Он замер на дорожке и недоуменно взглянул на меня. Грудь у него ходила ходуном. Я махнула рукой: – Идем! Каллум поспешил за мной в коридор. Сегодня Леб дежурил в спортзале, и я должна была добраться до него как можно быстрее. Скоро офицер Майер подберет для нас задание, сопряженное с убийством. Времени почти не осталось. Я свернула за угол и распахнула дверь в спортзал, отыскивая глазами Леба. Он стоял, прислонившись к стене, и старательно притворялся, будто не замечает меня. – Отжимайся, – велела я Каллуму, указав на пол. Он беспрекословно улегся, но проводил меня взглядом, когда я сделала несколько шагов к Лебу. Охранник чуть качнул головой. Он не хотел разговаривать. Плохо дело. Я быстро оглядела зал. Хьюго и Росс были на другом краю и занимались муштрой своих салаг. Остальные рибуты кто упражнялся, кто беседовал. Я немного приблизилась к Лебу. – Да, улучшения есть! – заявила я громко, надеясь на то, что операторы камер не заметили отсутствия вопроса со стороны Леба. Он уставился на меня с каменным лицом. Он не шутил. Я повернулась в сторону Каллума. – Он действует гораздо быстрее, – продолжила я, пригнула голову и вперилась взглядом в пол. – Твоя дочь, – прошептала я. Молчание затянулось слишком надолго. В зале было почти с десяток рибутов, и несколько секунд я слушала только удары кулаков, сокрушавших тела. – При чем тут она? – пробормотал наконец Леб. – Я могу вытащить ее. Он ничего не сказал. Он умолк наглухо, и я в конце концов глянула на него через плечо: его лицо выражало потрясение, почти ужас. С тем же успехом я могла посулить убить его дочь, а не спасти. – Уже пытались, – выдавил он. – Я подготовлена лучше любого человека. Меня этому научили. Если тебе нужна она, то не обойтись и без меня. Он помедлил, глядя на меня большими глазами. – Откуда мне знать, что ты сдержишь слово, когда выберешься отсюда? – Может, просто поверишь? Одного взгляда на его лицо хватило, чтобы понять: это не вариант. Мы опять замолчали, и Леб, сдвинув брови, таращился в пол. Наконец он спросил: – Ты ведь хочешь податься в резервацию? – Если она действительно существует. – Так и есть. – Ты бывал там? – Нет, но о ней рассказывают рибуты, те, что встречались с повстанцами. – Он говорил почти взволнованно. – Я могу приказать мятежникам в Остине не давать тебе карту, пока ты не приведешь Адину. Сделаешь? Моей главной заботой была не резервация, а Каллум, но Лебу было незачем это знать. – Да. Но тебе придется дать мне портативный пеленгатор. Без него мне ее не вызволить. Леб кивнул, и в моем сердце зажглась надежда. Это и правда могло получиться. – Поторопись, – сказала я, отходя от него, потом мотнула головой, обращаясь к Каллуму: – Можешь идти в душ. Каллум наградил меня очередным недоуменным взглядом, который я оставила без внимания, и мы разошлись по душевым. Сердце гулко стучало от предчувствия, но я никак не могла решиться посвятить Каллума в свой план."