Но важно не это, а идея, воплощенная в этих вещах, значение, которым мы наделяем их, располагая вот таким образом. Я снова окинул взглядом мешанину брусков, ящиков, картона и проводов. — В это надо поверить, да? Фидорус, казалось, что-то искал у себя в глубинах памяти. И через секунду нашел. — Ты слыхал о Матиссе? [51] Я кивнул. — Хорошо. Как-то раз один покупатель пришел с визитом в его мастерскую. Он долго смотрел на одну из последних работ художника, а затем неожиданно заявил: «У этой женщины рука слишком длинная». Знаешь, что ответил ему Матисс? Я помотал головой. — Он сказал: «Это не женщина. Это живопись». Фидорус отошел, чтобы еще раз проверить расстановку в макете. Я видел, как он слегка подправил наклон вентилятора и постучал по его проволочной клетке шариковой ручкой, внимательно прислушиваясь к звуку. — Так, значит, вы… — сказал я, — создаете женщину? — Да, и притом используя минимум средств. Мы создаем женщину, а не живопись. — Доктор поднялся и отряхнул свои брюки. — Все э