Я сильно простудился, проглотил тучу лекарств, не помогло. Несмотря на температуру нужно было достать денег. Утром мы с Колей шатались по Ткацкому в поисках работы, я был в горячечном бреду, жар, всё плывет перед глазами. Когда болеешь чувствуешь себя человеком. Мне нравится это состояние.
Коля подобрал с земли объявление и прочитал: «требуются работники на сбор картофеля». Я позвонил по указанному номеру. Трубку взял мужчина. Он порадовал нас:
- Завтра, к восьми, подойдите на территорию пивзавода, оплата тысяча пятьсот за двенадцать часов, обед на поле привозим, с собой ложку, кружку, тарелку возьмите.
С утра, мы подошли к пивзаводу.
У дверей сероватого здания курили две девушки. Они сказали: «первая группа уехала на поле, можете пока переодеться». Мы зашли в помещение, оно оказалось складом, где перебирают картошку и расфасовывают в мешки.
Через десять минут подъехали легковые машины. Из чёрного джипа вышел мужчина в джинсовой куртке, у него были ясные зелёные глаза он спросил:
– Сколько вас?
– Пятеро.
– Садитесь сзади.
Мы выехали за город по полям тянулась грунтовая дорога, она петляла так, что можно было заблудиться.
На пустынной пашне стоял новенький «Ман», трактор и картофелекопалка. На поле копошились люди. Мы взяли пустые сетки и по пластиковом ведру. На земле лежали хозяйственные перчатки, покрытые толстым шматом грязи. Коля схватил одну из них.
Внизу маленький трактор выворачивал плугом картошку. Мы направились туда.
Я начал наполнять ведро. Коля пристроился на соседнем ряду. К клубням прилипла сырая земля. Я пальцами проскрёбывал её. Затем бросил эту затею, грязную картошку ссыпал в сетку.
Коля сидел на карачках, до сияния чистил клубни от земли.
Я стремился не отстать от девушек, что вчетвером, работали на соседнем ряду.
Одна из них обратилась ко мне: «почему вы вдвоём не собираете, так ведь удобней, один мешок держит, а второй ссыпает?» – Я промолчал.
Через два часа у меня задрожали ноги. Месяц сидячей деятельности повергли к тому, что мышцы ослабли. Болела поясница, так, что у меня задергался глаз.
Женщины оторвались, я бросил затею соревноваться с ними.
На поле работало человек двадцать. В основном все пожилые. Среди них был молодой парнишка, он звонко заливисто смеялся.
Один ряд был длиной метров пятьсот. Я перевалил через пригорок. Коля отстал на другой стороне.
Наступило время обеда. Народ потянулся вверх к Ману. Еда была в двадцатилитровых котлах, каждый накладывал себе сам.
Две женщины разговаривали: «почему такая несправедливость? Один собирает кое как, кто-то за всех должен пахать. Надо обсудить эту тему с начальником». – Коля воспринял разговор на свой счёт.
Мы пошли собирать дальше. Через час, на поле заехал газик, сзади шли мужики, они подбирали наполненные мешки и бросали их в кузов. Двое, на борту, принимали и складывали в ряд.
Я увидел Колю, он был совсем плох. Глаза безжизненные, как у покойника. Он поднял мешок, побежал за грузовиком и еле закинул на борт.
Я присоединился к мужикам. С изумлением выявил, что грузить картошку оказалось проще, чем собирать её.
Когда мешки закончились я вернулся обратно к своему ряду. В этот раз я почувствовал, как окрепли мышцы. Поясница болела меньше. Я припомнил, юные годы, когда за любую работу брался, как бы соревнуясь. Почувствовал прилив сил и разогнался, наполняя мешки. Я ощущал себя мустангом в необузданных прериях.
Наступил вечер. Солнышко скатилось за простор. Народ собрался у Манна. Первая группа укатила. День вышел превосходным. Функционировать на свежем воздухе, мне нравится больше нежели в помещение.
Вернувшись в город, мы получили расчёт. Зашли в магазин. Коля купил бутылку и со вкусным звуком откинул крышку. Затем, мы зашли в автобус, встали у дверей, бабушка поднялась с сиденья, уступила Коле место, он возразил, она сказала:
– Сиди, сиди, сынок, ты после работы устал.
– У меня хребет чуть не сломался, спина пострадала моя, – улыбнулся Коля. – Извини, что подвёл, – обратился он ко мне.
– Ты о чём?
– Так стыдно, что мешок не мог поднять, все смеялись.
– Брось, никто не смеялся, напротив помогали.
– Завтра выйдешь?
– Я отдохну.