Это был тяжелый, изнурительный труд. Порой работали по двадцать часов в сутки.

Едва закончив проводку одного конвоя, снова поднимались в рубки судов и шли в обратном направлении. Это был тяжелый, изнурительный труд. Порой работали по двадцать часов в сутки. Правительство Египта было вынуждено снимать капитанов с судов и посылать их работать на канал. Тогда же началась спешная подготовка национальных кадров, но дело это не простое, и нехватка лоцманов ощущается до сих пор... Трудности — трудностями, но как загорелись глаза Леонида Николаевича, когда он начал говорить о перспективах канала, об успехах арабских друзей! Вот так же рассказывают наши парни о своих делах: о новых месторождениях металла и нефти, открытых в тайге, о новой плотине, перегородившей великую сибирскую реку, о новой машине, созданной в конструкторском бюро. Нагибин говорит взволнованно, искренне радуясь тому, что происходит в молодой республике. И кажется он теперь значительно моложе своих лет, а ведь ему за пятьдесят. — Что бы там ни болтали англичане, а мы их переплюнули! (Нагибин говорит «мы» как бы от имени арабов). Кораблей проводим теперь куда больше прежнего. — В период английской оккупации зоны Суэцкого канала доходы компании составляли в год 32—34 миллиона египетских фунтов и почти все они уплывали из Египта. А сейчас канал стал давать дохода более 50 миллионов фунтов в год. Вот как! И, что очень важно, — подчеркивает он, — большая часть вырученных денег идет на улучшение эксплуатационных возможностей канала, на его расширение и углубление. Мне недавно назвали цифру: на ремонтные работы уже израсходовано более 48 миллионов египетских фунтов. По каналу сейчас проходит, в сравнении с 1956 годом, примерно в полтора раза больше судов. Злопыхательские предсказания, что арабы не справятся своими силами с эксплуатацией такого сложного инженерного сооружения, опрокинуты. Справляются, и еще как! Это гов®- рю вам я, лоцман Суэцкого канала. Мы засиделись у Нагибиных и прозевали Лаврова, он отметил путевку, уехал в Суэц и теперь нам не оставалось ничего другого, как спешить за ним следом. Леонид Николаевич сказал, что позвонит Рюрику Михайловичу в Порт-Тауфик по телефону и предупредит, что мы едем. А к нашему возвращению Нагибин обещал собрать своих коллег, чтобы мы смогли увидеться также и с ними. ...Снова за рулем Антуан, снова «Волга» идет на предельной скорости — иначе наш шофер ездить не может. Вдоль дороги открываются великолепные, редкие по красоте и своеобразию пейзажи. Система озер — Тимсах — Большое горькое озеро — Малое горькое озеро — разрезает Суэцкий канал пополам. Исмаилия находится примерно на середине канала. Но от нее до Суэца по шоссе вдвое дальше, чем до Порт-Саида: приходится эти озера огибать. А они огромные, особенно Большое горькое. Дважды мы уже были в этих местах, но обараза — на судне, не выходя на берег. Помнится, как любовались с борта «Ленинского пионера» игрой оттенков озерной воды, одновременно и бирюзовых, и голубых, и синих, и ярко-фиолетовых. Такой цветовой феерии мы не встречали пока нигде за все время своих плаваний.