Я сидела в кресле-качалке, блаженно подставив своё исхудавшее лицо тёплым осенним лучам солнца. Большего счастья на данный момент времени для меня не было. Вспоминать прошлое не хотелось, как страшный сон. Я устало откинулась на спинку. Ноги были прикрыты одеялом.
Подошёл папа и в который раз за день обнял меня за плечи и поцеловал в щеку.
-Привет, Котёнок, - мягко сказал он, - тебе что-нибудь нужно?
-Нет, - заверила я его, - всё хорошо.
Я сидела, прикрыв глаза.
-Я всё-же принесу тебе стакан молока, - сказал он, - доктор сказал, тебе надо хорошо питаться.
Я только вздохнула. Спорить было бесполезно.
Итак, как же я оказалась дома?
Через несколько минут, после того, как мне вкололи очередную порцию злосчастного лекарства, в процедурную ворвалась целая армия, во главе с папой и Анькой, вновь, словно по привычке, спасшей мне жизнь. Именно она привела ко мне папу и полицию, и тем самым вытащила меня из этого ада.
Начнём по порядку.
-Доктор, - сказала Людмила, - нам нужно поговорить, - она быстро поправила волосы, - я слышала всё, что вы говорили.
-Ммм, что,Людочка?-не понял Марк Вячеславович, - о чём это вы?
-О том, что вы сказали Татьяне из пятой палаты, - она нахмурилась, - что вы испытываете на пациентах запрещённые препараты, и что вы берёте взятки, а пациенты потом умирают.
Доктор строго посмотрел на Людмилу.
-Ваше дело следить за шизиками, - сказал он с издевкой, - утки выносить, и уколы ставить, а чем их лечить, я здесь решаю.
Она с вызовом посмотрела на него.
-Значит, это правда.
-Не твоё дело, - отрезал он, - иди, поставь укол своей подружке из пятой палаты.
Людмила взяла шприц и ампулу.
-Я написала заявление в полицию, - сказала она, - если правда всё, что вы сказали, вы надолго сядете в тюрьму, - она повернулась к двери.
-Постой, - он преградил ей путь, - что ты хочешь? Долю? - он погладил её по руке, - мы можем договориться.
Людмила округлила глаза.
-Это ведь живые люди, Марк Вячеславович! Как вы можете убивать ни в чем не повинных людей!
Он отмахнулся.
-Они все шизики, понимаешь? Невменяемые шизики! Они всё равно сдохнут!
-Мы все умрём, - возразила она, - и не вам решать кто и когда должен умереть. Вы не Бог!
-Здесь я Бог, понятно? - он зло прищурил глаза, - я спрашиваю, сколько ты хочешь? Мы со Светой с тобой поделимся.
-Так Светлана тоже замешана в этом грязном деле? - ужаснулась Людмила, - я не продаюсь.
-Я тебя предупредил, Люда, не хочешь долю, то..., - он не договорил.
-Что? - спросила Людмила, ни капли не испугавшись, - то что?
-Тоже сгниешь в могиле, - прошипел Марк Вячеславович.
-Вы мне угрожаете? - выпрямилась Людмила.
-Понимай, как знаешь, - буркнул он, - всё равно здесь они ничего не найдут,-сказал он, имея в виду полицию.
Она оттолкнула его от двери и вышла из кабинета.
Потом она прошла по длинному коридору и вышла к проходной. У двери за столом сидела вахтерша Мария Львовна.
-Маша, - сказала она женщине, - тут девушка должна прийти, к нашей пациентке из пятой палаты Татьяне Кудряшовой, так ты ей телефон - то отдай, - она вытащила из кармана телефон.
-А она, что, забыла, что ли? - спросила Мария.
-Ну, да, в прошлый раз, - соврала Людмила, - только доктору не говори, - прошептала она, - а то выговор влепит, за то, что не проверила, сдали ли посетители телефоны.
-А, ну да, ну да, - закивала головой Мария, - а когда придёт - то?
-Кто? - Людмила обернулась.
-Девчонка-то? - заговорщески зашептала Мария.
-Скоро, - неопределенно сказала Людмила, - не забудь.
-А чего сама-то не отдашь? - удивилась Маша.
-На больничный ухожу, - ответила она и пошла обратно.
Марк Вячеславович и Светлана шли по пустому коридору, тихо переговариваясь.
-Выбрось все использованные ампулы, - говорил он ей быстро, - а неиспользованные вынеси из отделения сегодня же.
-А что происходит, Маркуша? - Светлана недоуменно посмотрела на доктора.
-Эта дура Людка, - сказал он раздражённо, - узнала обо всём,-он понизил голос до шепота,-и написала в полицию.
Светлана остановилась, испуганная ни на шутку, и вцепилась руками в рукав доктора.
-И что теперь будет? - она схватилась за голову.
-У них нет доказательств, - сказал он, - но, лучше подстраховаться, - проверь всю документацию по умершим у нас пациентам, - он глянул на дверь, из-за которой показалась Людмила, - а я займусь Людмилой, - хмуро сказал он.
Светлана кивнула и свернула в процедурную.
-Что ты решила? - спросил доктор, схватив проходившую мимо него Людмилу за руку.
-Не смейте меня хватать, - с вызовом попыталась выдернуть руку Людмила, - вы не имеете права.
-Здесь только я решаю, кто и на что имеет право, - не отпуская, он завёл её в процедурную. Там с иглой наготове её уже ждала Светлана.
-Что вы делаете? - Людмила в страхе попятилась, - вы не можете...
Марк Вячеславович схватил ее поперёк туловища, еле удерживая мощное тело.
-Ах, ты, жирная корова, - он ребром руки надавил ей на горло и она захрипела,-у тебя давление повысилось, сейчас мы его немного опустим, - и Светлана сделала ей укол в вену. Людмила осела.
-Пусть пока посидит здесь, - сказал он Светлане, - а потом я её домой отвезу. Запри процедурную.
Светлана послушно закрыла комнату на ключ. Вечером, когда мед персонал сменился, они со Светланой вытащили Людмилу и отнесли в машину. Она была ещё жива. Потом они отвезли её домой и положили на пол, а рядом положили пустой шприц с остатками лекарства от давления , который Людмила приготовила для меня, но так и не уколола.
Утром её не стало. Сердце не выдержало двойной дозы, причём выглядело это так, будто она сама себе это вколола. Поэтому вопросов не возникало. Людмила умерла у себя дома, по случайности вколов себе большую дозу лекарства от давления. И любой врач это бы подтвердил.
А после обеда приехали следователи с проверкой по её заявлению, но, конечно, они ничего не нашли. И хотя смерть Людмилы была подозрительной, доктор и Светлана сказали, что накануне ей было нехорошо, и он отпустил Людмилу домой, а Мария Львовна подтвердила, что Люда собиралась на больничный.
Всё было шито-крыто, если бы не одно "но" - телефон. И речь сейчас пойдёт именно об этом.
Анька проснулась в своей кровати, на подушке, мокрой от слез. Во сне к ней приходил Ленц и умолял помочь мне выбраться из ада, на который они подписали меня с моим отцом. Анька сидела на кровати, поджав под себя ноги, а слезы продолжали литься у неё из глаз. Будильник ещё не прозвонил, но вместо того, чтобы снова улечься, она встала и прошла на кухню. Наливая себе чай, она ненароком посмотрела в ещё тёмное окно, и вскрикнула, пролив себе на ноги горячую воду. В окне стоял Ленц. Он поднял руку и поманил её к себе, но вместо того, чтобы подойти к окну Анька бросила в него кружкой, разбив его на сотни осколков. Прибежала её мама, услышав ужасный шум на кухне. Анька сидела на полу, пытаясь собрать осколки стекла, порезав при этом себе пальцы. Мама обняла её и посадила за стол.
-Что с тобой? - спросила она ласково, - которую ночь уже не спишь, похудела, что тебя беспокоит?
Анька посмотрела на мать пустыми от страха глазами.
-Я боюсь, - прошептала она.
-Чего? - удивилась мама.
-Что тоже схожу с ума, - Анька снова наклонилась над осколками разбитого стекла, - я постоянно вижу Ленца во сне, - её глаза расширились, - и не только во сне, - закончила она шёпотом.
-И что он хочет от тебя? - спросила мама.
-Он хочет, чтобы я отправилась к Тане, - она заплакала, - не надо было мне тогда звонить её отцу, - слезы текли по её щекам, - а теперь она там, одна, что я наделала? - она рыдала, не обращая внимания на мать, которая гладила её по спине.
-Я пойду к ней, - она выпрямилась, и её слезы исчезли,-прямо сегодня, прямо сейчас, - она встала на ноги, словно это решение было самым очевидным в её жизни, - я всё исправлю, - сказала она.
Мама улыбнулась.
-Через пару часов, - сказала она, - сейчас ещё даже нет пяти утра!
Но Аньку было не остановить. Она собрала осколки веником и высыпала их в ведро, - и ещё надо стекло заказать, - она поежилась, - а то дует.
Я сидела на своей белой кровати, уставившись на чёрные символы на моей стене.
-Ты сказал, что позовешь Аньку, - сказала я Ленцу, - Людмилы не стало, теперь она моя последняя надежда, что я вообще останусь в живых, - я схватилась за голову.
-Я старался, - сказал он, - но она боится, когда я иду с ней на контакт, - он пожал плечами, - сегодня вот окно в кухне вынесла кружкой, только чтобы меня не видеть, - он даже не улыбнулся, хотя это прозвучало довольно - таки смешно.
-Я не знаю, что ещё сделать, чтобы она поняла, чего я хочу, - он надулся.
-Прости, - сказала я ему, - думаю только о себе.
Он улыбнулся краем губ.
Вошла Светлана.
-Пей! - она кинула мне таблетки на кровать, - никто больше не будет тут с тобой сюсюкать, шизофреничка.
Я с ненавистью посмотрела на неё.
-Вы за все заплатите, - сказала я, ища таблетки в складках простыни.
-Пей, чтобы я видела, - отчеканила она, - а к вечеру готовься, у нас процедуры, - и она зло рассмеялась, - после сегодняшних процедур, думаю у нас больше не будет с тобой проблем, и будешь ты послушненькая, как кроткая овечка.
Я не ответила, и собрав все таблетки в кулак, со всей силы бросила их в неё.
-Ну, я предупредила, тварь, - сказала она, даже не дрогнув, - доброе утро! - и она удалилась.
-Мне конец, - прошептала я обреченно. Ленц покачал головой.
-Я попробую помочь, - и он растворился в воздухе.
К вечеру Анька была на пороге больницы, так как располагалась она в другом городе.
Вахтерша, Мария Львовна ни под каким предлогом не хотела её впускать.
-Сегодня нет посещений, - сказала она, выполняя приказ доктора, никого не впускать, никого не выпускать, - они сегодня не принимают.
-Ну, пожалуйста, - молила Анька, - всего на несколько минут, я сама с доктором договорюсь, - она чуть не плакала.
Мария была непреклонна.
-Да, заняты они, - сказала она, - там приезжали какие-то шишки, всё что-то выискивали, вынюхивали, а после их отъезда доктор всё и закрыл, всё равно тебя не пустят.
Анька в отчаянии съехала по стене.
-А ты вообще к кому? - спросила Мария Львовна, будто что-то вспомнив.
-К Тане Кудряшовой, - ответила Анька, - а что?
-Так вот же, телефон тебе Людмила передать велела, - Мария Львовна погрустнела, - как знала прямо, что помрёт, - она шмыгнула носом, - ты его в прошлый раз тут забыла.
Анька встала и подошла к женщине. С её губ чуть было не сорвались слова, что она здесь вообще никогда не была, но что-то её остановило. Она взяла в руки телефон и включила его.
-Только выйди ты с телефоном! - зашипела на неё вахтерша, - сейчас на всю больницу пиликать будет.
Анька, не сказав ни слова вышла на улицу, прикрыв за собой дверь.
Не сделав ни одного неверного действия, она зашла в диктофонные записи и открыла одну единственную запись в телефоне. То, что она услышала на этой записи, спасло мою жизнь. Она тут же позвонила моему отцу, который, по счастливой случайности, тоже направлялся навестить меня. И ещё она позвонила в полицию.
Меня вели в процедурную, и я знала, чем это мне грозит. Но вдруг я заметила Ленца, он стоял возле двери в процедурную, а рядом стояли ещё какие-то люди, люди, в смысле, не живые, а такие же как он. Они строем стояли около двери и стены, загораживая дверь. Светлана дотронулась до ручки двери и отдернула руку.
-Что с тобой? - спросил доктор.
-Она ледяная! - Светлана потерла руку, - сами попробуйте.
Доктор коснулся ручки и подскочил, словно его ударило током.
-Что за черт! - выругался он.
Ленц и другие окружили нас плотным кольцом, пытаясь остановить. Марк Вячеславович достал из кармана сложенный вчетверо носовой платок и открыл дверь.
Мы вошли в процедурную.
-Ложись, - властно приказал он мне.
Я покачала головой.
-Мой отец всё узнает, - сказала я, - и он перестанет вам платить.
-Тогда ты нам больше не нужна, - сказал он, - Марат! - доктор позвал санитара.
Тот заглянул в дверь.
-Что? - он увидел меня, стоящую у кушетки.
-Положи-ка её.
Марат протянул ко мне огромные ручищи.
-Нет! - закричала я, - нет! Нет!.
Он повалил меня на кушетку, а Светлана принялась привязывать меня ремнями, чтобы я не билась. Потом вколола мне успокоительное в плечо. Я перестала дёргаться. Потом Светлана стала вводить мне в вену препарат, который должен был, по их мнению, лишить меня чувств и превратить в овощ, но тут в процедурную ворвалась Анька. За ней папа и другие. Анька выбила шприц у остолбеневшей медсестры, и через секунду они с доктором и санитаром Маратом были закованы в наручники.
Я почувствовала, что лечу куда - то вверх, и увидела Ленца с его "командой". Там было около двадцати человек, мужчин и женщин, разных возрастов. Среди них была и Людмила.
Мне стало так спокойно.
-Наконец-то и я смогу пойти с тобой, - сказала я, улыбаясь Ленцу, - я выполнила то, зачем я здесь.
-Нет, - сказал Ленц, и прозвучало это скорее печально, чем радостно, что моё время ещё не пришло, - ты можешь только проводить, - он указал на длинный коридор, - я уйду с ними, но ты должна остаться.
Я посмотрела на него, но спорить мне не хотелось. Я подошла к нему и поцеловала его в губы.
-Мы ещё увидимся, - сказала я ему, - а пока прощай.
-Прощай, - эхом отозвался он, счастливо улыбнулся, - будь счастлива.
- Я постараюсь, - сказала я ему и отключилась.
Но, придя в себя через несколько часов, я поняла, что ничего не вижу. Препарат почти лишил меня зрения, и врачи не знают, восстановится ли оно. Я вижу лишь свет и очертания предметов. Но это меня не пугает. Я уверена, что зрение восстановится.
Доктор и Светлана под арестом и ожидают суда. Я тоже буду там и расскажу всё, что знаю.
Жаль, что Людмила этого не увидит.
Итак, я сидела в кресле-качалке, наслаждаясь ощущением полного спокойствия, и тут пришла его нарушительница Анька, и вытащила меня из уютного кресла.
-Такая погода на улице! - крикнула она сходу, - а ты дома сидишь, вставай! - она потянула меня за руку.
-И куда пойдём? - спросила я, улыбаясь, - за грибами?
-Да, хочешь, пошли! - она поставила руки на бока.
-Думаешь, мне слабо? - поддразнила я её.
-Да ни чуть! - она накинула на меня плед, и замотавшись в него, мы вышли из дома.
Анька вела меня за руку, и я шла, как будто всё видела. Пахло осенью и её крепкое плечо придавало мне уверенности в том, что теперь у меня всё будет хорошо.
Ссылка на все публикации.