Лето 1915 года стало первым тяжелым периодом в политической карьере Уинстона Черчилля. Уже опытный в делах управления государством 40-летний политик потерпел фиаско – ему пришлось выйти из нового состава кабинета министров, поскольку провалился разработанный им грандиозный план по захвату пролива Дарданеллы. Для восстановления душевного равновесия Уинстон вместе со своей женой Клементиной уехал в небольшой загородный домик, снятый ими на летний период.
Душевное состояние Черчилля пугало Клементину, боявшуюся, что в минуту отчаяния, поддавшись депрессии, ее муж решит свести счеты с жизнью. Выход нашелся совершенно случайно. Однажды чету Черчиллей навестил его младший брат Джек со своей женой Гвенделин, которая увлекалась акварелью. Ее занятия живописью привлекли внимание Черчилля. Заметив это, Гвенделин дала ему набор художника своего шестилетнего сынишки и предложила самому принять участие в творческом процессе. Уинстон нехотя сделал несколько мазков и, неожиданно для самого себя вдруг втянулся в это занятие. С удивлением для себя Черчилль обнаружил, что, концентрируясь на живописи, он забывает обо всех политических дрязгах и неприятностях. С тех пор живопись стала постоянной составляющей жизни великого британца.
Сам Черчилль признавался: «Я даже не знаю, как бы я смог пережить эти ужасные месяцы с мая по ноябрь, когда ушел из кабинета министров, если бы в мою жизнь не вошло это новое большое увлечение. Все лето я самозабвенно рисовал. Нет другого такого рода деятельности, которая полностью отвлекала бы от мрачных мыслей. Вот, например, гольф. Он совершенно не подходит для этой цели. Играя партии, я большую часть времени думаю о делах. В живописи же все иначе. Я не знаю какого-либо другого занятия, которое, абсолютно не изматывая тело, настолько полно поглощает ум. Какие бы заботы ни принес день, какие бы угрозы ни таило в себе будущее, едва картина начинает рождаться, все тревоги отступают, для них больше нет места в голове. Они уходят в тень и исчезают во мраке. Иногда я готов бросить почти все ради занятия живописью".
К новому хобби Черчилль относился с большой любовью. Его выход на пленэр представлял собой поистине величественное зрелище. Сначала появлялись помощники - кто-то нес холст и подрамник, кто кисти, палитру и тюбики с красками. За ними следовал Уинстон, одетый в сюртук из белого тика, в легкой широкополой шляпе и с неизменной сигарой во рту. Оценив пейзаж, он давал указание размещать оборудование и устанавливать зонт для защиты от солнца. Когда все приготовления были закончены, Черчилль отпускал свою свиту и приступал к работе.
Мольберты, краски и громоздкие холсты всегда сопровождали Уинстона в бесчисленных поездках и командировках. В каждом доме, который снимала чета Черчиллей, устраивалась студия. Даже в жестком временном графике государственного деятеля он всегда старался выкроить часок-другой для занятия своим новым и, пожалуй, самым сильным увлечением. Уинстон рисовал везде. В министерских кабинетах и королевских покоях. В пустыне Марракеш и на побережье Франции. На английских просторах и канадских озерах.
Порой занятия живописью были опасными. В марте 1921 года, во время Каирской конференции, Уинстон решил посетить пирамиды, отправившись туда вместе со своей женой, Лоуренсом Аравийским и Гертрудой Белл на верблюдах. Как писала позже газета Palestine Weekly, "во время посадки на верблюда Черчилль потерял равновесие и упал на землю. Несмотря на рваную рану, полученную в результате падения, он продолжил путешествие и даже умудрился сделать несколько набросков пустыни Сахара".
В 1921 году Уинстон послал несколько своих полотен на международную выставку в Париже, предусмотрительно подписав их вымышленным именем Чарльз Морин. И сразу шесть из его работ были отмечены жюри и выставлены на продажу! Еще более крупный успех Черчиллю-живописцу принес 1925 год. На проходившей в Лондоне выставке среди художников-непрофессионалов его картина заняла первое место. И здесь, разумеется, также соблюдалась полная анонимность представленных авторов.
В годы Второй мировой войны Черчилль приостановит на время занятия живописью. Единственным исключением стало посещение в январе 1943 года любимой Марокканской пустыни.
Летом 1945 года в Англии были объявлены всеобщие выборы, не проводившиеся ни разу за последние десять лет. После подсчета голосов стало ясно, что консерваторы потерпели сокрушительное поражение. Черчилль прокомментировал поражение своей партии так: "Британский народ проголосовал так, как посчитал нужным. Это и есть демократия. Это и есть то, за что мы с вами боремся". Результаты выборов не просто лишили Черчилля поста премьера, они лишили его самого главного - деятельности. Как и тридцать лет назад, для восстановления душевного равновесия Уинстон обратился к живописи.
В 1947 году Черчилль отправил несколько работ в Королевскую академию искусств. Как и в случае с парижской выставкой 1921 года, все работы были подписаны вымышленным именем, на сей раз - мистер Дэвид Винтер. К большому удивлению Уинстона, две его картины были приняты. Профессиональное жюри достаточно высоко оценило работу Уинстона, утверждая: «Кто бы ни был их автор, он явно не художник воскресного дня». А выдающийся политик Уинстон Черчилль как раз и писал свои творения только по выходным дням в часы, свободные от государственных дел.
В 1948 году ему было пожаловано звание почетного члена Королевской академии искусств. Несмотря на столь большую честь, Черчилль все равно по-прежнему скромно оценивал собственные художественные достижения.
Он часто говорил: «Мои картины слишком плохи, чтобы их продавать, и слишком дороги, чтобы дарить их кому-то другому, кроме близких друзей».
В отличие от политики и литературы, где Черчилль был более чем уверен в собственных силах, с живописью дело обстояло иначе. Он скромно оценивал свои художественные достижения. А вот к похвалам он относился подозрительно, подсознательно понимая, что не только за художественные заслуги хвалят его картины. В 1953 году Черчилль признался одному из своих друзей:
- Мне как-то неловко выставлять свои картины напоказ. Они для меня, скорее, как дети - хотя и ведут себя плохо, но все равно любимы.
Хотя Черчилль никогда не считал себя равным большим живописцам, его целеустремленность и трудолюбие за мольбертом были не меньшими, чем за письменным столом. Он сутками мог заканчивать уже готовую работу, правя eе до бесконечности. Кроме того, при любом удобном случае всегда старался проконсультироваться с профессионалами. Всего Уинстон за сорокалетнюю карьеру художника написал маслом свыше 500 картин. Узнав об этом, президент Королевской академии искусств сэр Чарльз Вилер невольно воскликнул: "Я просто не знаю, когда вы находите время на все ваши занятия помимо живописи!"
Первая персональная выставка на родине сэра Уинстона Черчилля состоялась в 1959 году в Лондоне. Основу экспозиции, которая проходила под патронажем Королевской академии искусств, составили шестьдесят две работы мастера. За всю историю Черчилль стал пятым академиком, которой еще при жизни удостоился столь масштабной выставки.
Большая популярность автора определила и высокие цены на его произведения. Вскоре после смерти Черчилля, в мае 1965 года, несколько его полотен выставили на первом трансатлантическом аукционе Сотсби, проходившем в Лондоне и в Нью-Йорке. Одну из картин Черчилля купил техасский нефтяной миллионер за 39 200 долларов и 22 цента. Позже цены многократно выросли. Одна из работ Черчиля - «Chartwell Landscape with Sheep» - была продана за 2 миллиона долларов.
Так все-таки чем обусловлены такие высокие цены - достижениями автора как художника или как выдающейся личности? Главный редактор журнала Art News доктор Артур Фракфуртер ответил на это следующим образом: "Я думаю, и тем, и другим. Единственное, что я могу сказать определенно: я не знаю ни одного знаменитого художника, который был бы к тому же столь великим премьером".
#искусство
#уинстон черчилль
#живопись
#арт-терапия
#политик и художник
#великобритания
#это интересно