Нет, мы не можем совсем отказаться от еды. Это физиологическая потребность любого живого организма. И при этом мы, и не только горожане, с лëгкостью можем отказаться от села? Если да, то что дальше? У вас есть ответы на эти вопросы?
Тут попутно возникает другой вопрос. А что взамен? Недальновидные могут сказать, что сетевые супер и гипермаркеты обеспечат продуктами не только города, но уже и сёла. Их щупальца уже везде. А кому лень купить кусок мяса или курицу и приготовить самому, есть комбинаты доставки готовой еды. Хорошо. А откуда у этих гипермаркетов и комбинатов возьмутся исходные продукты? Из агрохолдингов. Хорошо. А сколько их у нас и что они производят?
Скотину и птицу надо кормить и поить, крупы и зерно надо где-то кому-то растить. Потребление городов растëт. И не потому, что стали больше есть, попросту вчерашние производители еды превратились в едаков. Понимают ли они, откуда берëтся еда, если они массово уехали оттуда, от земли? О, да! Думаю, что они точно это осознают. А вот родившиеся в городе их дети уже думают, что еда растëт в интернете на сайте заказов полуфабрикатов или на сайте доставки готовой еды. Надо бы, наверное, слово "еды" брать в кавычки.
Два расхожих выражения: одно "общечеловеческое" - "Человек привыкает ко всему", другое китайское - "Мы - то, что мы едим". Скажите, что это всё условно? А для чего мы тогда говорим, что это мудрые высказывания? По инерции. Потому что мы не готовы осознать и принять цепочку, сложенную из двух этих выражений. Мы не готовы осознать, что мы превращается или нас превращают в то, что мы едим. Или пока ещё готовы? Сколько тех и других и насколько далеко зашёл процесс?
Агрохолдинги и гипермаркеты - это крупные бизнес-структуры, цель которых получение прибыли. И вовсе они не призваны накормить население, это идёт в разрез с целями бизнеса. Любого бизнеса. Нехватку или дефицит товаров или продуктов они легко компенсируют. Поднятием цены. А как только государство пытается включить свои регуляторные функции, бизнес переходит к шантажу этого самого государства. Исчезают товары, иногда целые группы товаров. А что делает государство дальше? Ищет картельный сговор. А почему не шантаж и саботаж? Вопрос, однако. Ведь есть вторая сторона этой же медали. Пропадающие с прилавков продукты, особенно скоропортящиеся, перестают закупаться у производителей. Последние несут прямые убытки, а при затягивании процесса, могут стать и на грань банкротства. А кого это волнует? Барыги, стоящие между происходителем и потребителем потом увеличат маржу и всё. Рука рынка сбалансирует его.
Агрохолдинги - пока ещё, на мой взгляд, заложники ситуации. Их мало, некоторые из них частично принадлежат посредникам в лице торговых сетей. А должно быть наоборот. Производители должны владеть торговыми сетями. Перекрëстно. Чтобы не замыкаться только на свои сети. А это охват, логистика и другие ништяки, которые можно извлекать при колебании количества исходного продукта и при колебании цен.
Село, как основной производитель продуктов питания мы уже потеряли. У нас пока ещё остались производители еды. Просто еды. В один ряд это ставить, думаю, уже нельзя. И сохранить то, что осталось, задача догадайтесь чья.