Речь ограждена от обеих этих традиций. Естественно, прагматики от просвещения могут извинить

Речь ограждена от обеих этих традиций. Естественно, прагматики от просвещения могут извинить Портилло как правительственного оратора, продвигающего рекомендации для создания счастливого общества, которое открыто для дискуссии и перед которым он
отчитывается в большей степени, чем перед кем-либо еще. «Назад
к основам», включая ее реакционные моральные выводы, никоим образом не касается поведения или представлений министров,
с того времени как политика стала функцией их личной жизни
как официальных лиц; процесс просвещения приводит к тому, что
возможность различия между этими двумя жизненными сферами
должна быть сохранена.
Однако деконструкция в ее дерридеанской форме, наиболее влиятельная теоретическая разработка поздних годов XX века, окружает
себя cordon sanitaire критики ангажемента. Жак Деррида - философ,
а не литературный критик. Он заинтересован в метафизическом
a priory** текстовых операций per se***, а не в противопоставлении
операций с одними текстами операциям с другими. Соответственно,
наиболее продуктивны для деконструктивного анализа те тексты,
собственные претензии которых на неметафизический статус могут
быть опровергнуты. Как можно подвергнуть деконструкции текст
(вроде текста Портилло), который сознательно продвигает легитимацию и ценность универсальных истин? Портилло получил от
этого трансцендентального заклинания действенное преимущество
в интеллектуальных дебатах, поэтому неудивительно, что наиболее серьезной и сильной критикой программы «Назад к основам» была
чудовищная кампания, смонтированная желтой прессой. Хотя кампания была деконструктивной постольку, поскольку она поставила
обширный текст «Назад к основам» перед его собственным основанием, редакторы таблоидов в гораздо большей степени инструментальны в своем желании таким образом унизить и текст, и отступников от него. Без санитарных кордонов Деррида деконструкция
становится циничной конфронтацией с текстом с невозможностью
его собственной аутентичности - вне текста. В данном случае она
произошла в таком виде благодаря самому Портилло.
Если речь Майкла Портилло о британском национальном цинизме изображает картину, весьма напоминающую карикатуру общества постмодерна, то статья Джона Мэйджора, опубликованная
через месяц в Daily Express и призванная разъяснить суть кампании
«Назад к основам», указывает на связь между цинизмом и академической теорией еще более явно - этот ход необычным образом
повторился в речи, произнесенной принцем Уэльским для журналистского сообщества несколькими месяцами позже.
Мэйджор нападает на «разносчиков модных теорий», «самозваных экспертов», которые болтают друг с другом «поверх голов
публики» и, как он предполагает, «в этой сессии парламента наиболее необходима реформа педагогики, которая отнимет влияние
у модных теоретиков и даст его школам»3. Несмотря на отговорки
Мэйджора от того, что он стремился «назад к прошлому», «назад
к основам» была представлена в ностальгическом ключе, который обращен к желанию аутентичности fin de siècle*. Британская
публика, как кажется, еще не была настолько непримирима к непоследовательности и лицемерию со стороны своих государственных
лиц. К тому же заявления этих государственных лиц сформировали внимание к аутентичному, угрожающее случайно уничтожить
условие, бывшее предпосылкой политической теории еще начиная
с Республики Платона. Как Деррида указывает в Другом заголовке,
политический идеализм не может развиваться, находясь в глубоком
тупике: находиться в пределах возможного - значит всегда идти на
компромисс с аутентичностью.
Принц Чарльз, который осудил уклон среднего образования и влияние «модных теоретиков» на воспитание детей из-за
британского заболевания цинизмом, был немедленно атакован
выдержками из его собственной речи на страницах газеты Guardian - ответ, структурно идентичный ответу таблоидов на «Назад к основам»:
«Все те предметы, которые принц Чарльз выбрал для того, чтобы читать
о них лекцию по детскому воспитанию британской нации, наименее подходят для этого дела! Возможно, ему стоит оставить это людям, которые достигли
больших успехов».
«Да, давайте изучать грамматику как азы общения, вместо того чтобы идти тем ужасным путем, которым я шел в средней школе 50 лет назад, путем, который, возможно, самим Виндзором считается невероятно высокопарной манерой речи».