"А между нами снег" 133 / 132 / 1
— Не смотри на них, Мансур! — произнёс Мустафа. — Ты больше не вернёшься сюда. Сколько тебе лет?
— Почти восемь, — взволнованно произнёс Мансур. — Почему же я не вернусь сюда? Вы меня выгоняете?
— Мустафа никого не выгоняет, Мустафа всех любит. А Аллах любит Мустафу. Ты остался один. Аллах велел позаботиться о тебе. Я наблюдал за тобой долгое время. Ты умён не по годам, ловок, трудолюбив. У тебя чистая душа. В неё нет корысти, злости. Ты спокойно переносишь неудачи и стремишься стать первым. Я специально увеличил нормы сбора винограда, чтобы другие тянулись за тобой. Но их показатели остались прежними. Они не стремятся к лучшей жизни. Ты стремишься. Поэтому тебе не место среди лентяев. Послушай меня.
Мустафа остановился, взял Мансура за обе руки.
— Я должен уехать надолго. Так получилось, что мне некому доверить самое дорогое, что у меня есть сейчас. Это мать твоей подружки. Мне нужен очень хороший осведомитель. Ты будешь жить во дворце и следить за всеми её действиями. Она вряд ли будет обращать на тебя внимание, поэтому ты мне подходишь больше всех остальных.
Мансур очень хорошо понимал, к чему клонит Мустафа.
«Ах, отец, если бы ты знал, что я буду жить во дворце, ты бы гордился своим сыном. Я стал так близок к тому, о чём ты меня просил. Только для кого теперь это всё? Ты не сказал мне о том, зачем тебе эти сведения. Я ничего не знаю об этих людях. А тебе стала интересна их судьба. Как мало я знал, когда попал сюда. Как много я знаю сейчас, но мне не с кем поделиться», — думал про себя Мансур.
Он так ушёл в себя со своими мыслями, что перестал слушать Мустафу. Когда тот это понял, щелчком в лоб вернул Мансура в реальность.
— Ты заснул? Помнишь, о чём я тебе говорил.
Мансур виновато опустил голову.
— Ладно, — сказал Мустафа, — я велю подготовить тебе комнату. Поговорим завтра. Твоя подружка будет теперь рядом с тобой. Всё пройдёт, мой мальчик. И боль пройдёт. Я и сам не так давно потерял свою мать и своего сына…
Мансур увидел, как по лицу Мустафы побежали слёзы.
Вдруг Мустафа резко прижал к себе мальчика и прошептал:
— Теперь ты будешь моим сыном. Аллах вернул мне моего мальчика через тебя. И я дам тебе всё, что даю своим родным детям.
Мансур прижимался к Мустафе, но на сердце было неспокойно.
Комната Мансура была на первом этаже. Как ему там понравилось! Мягкие ковры на стенах и на полу, кровать с резным изголовьем, причудливые глиняные светильники, шёлковая постель.
Полночи Мансур гладил ладонями простыни. В полумраке пытался разглядеть рисунки на коврах.
Ночью ему снилась мать. Она ходила по двору и на ходу танцевала. Её ладони, такие же белые как у отца, сверкали на солнце. Переливались.
— Мансур, мальчик мой, — пела она. — Всё хорошо, всё будет хорошо.
Мансур всего лишь раз видел, как танцевала его мать. Это было незадолго до появления в их доме Поля. Мансур подглядывал за родителями. На Нави была надета тонкая полупрозрачная туника. Мальчик видел очертания её тела. Иногда зажмуривал глаза, когда к ней подходил отец. Но мать нежно отталкивала его и продолжала двигаться. Её распущенные волосы струились по плечам, когда она в танце закидывала голову назад, они доставали почти до самых коленей.
Когда отец схватил мать и повалил её на кровать, Мансур подсматривать перестал. Больше таких танцев он не видел никогда. В соломенном доме поселили Поля, а в большом доме отец с матерью жили в разных комнатах.
Утром мальчик услышал, как кто-то неловко скребётся дверь.
Он вскочил с кровати. Не сразу понял, где он находится. Приоткрыл дверь. На пороге стояла улыбающаяся Жанет. У неё в руках была корзина с фруктами.
— Хочешь? — тихо прошептала она. — Пусти меня поскорее, пока мама не увидела.
Мансур распахнул дверь, Жанет юркнула в комнату. Дверь закрылась. Девочка забралась на кровать, поставила в центре корзину и сказала:
— Я буду отвлекать тебя от грустных мыслей. Хочешь, я спою тебе песенку?
Не дожидаясь ответа, Жанет начала петь:
— Маленькая птичка, по-ле-те-ла,
Песню на крылечке не до-пе-ла.
Не поймать мне птичку, не пой-мать,
Птичку-невеличку, где сыс-кать?
Звонкие трели маленькой птички Жанет ласкали уши Мансура.
— Ты будешь для меня птичкой, — прошептал Мансур, — пой мне почаще.
Мансур закрыл глаза и представил себе танцующую мать, но с лицом Жанет.
Корзина с фруктами быстро закончилась. Когда в комнату Мансура постучались, Жанет спряталась за выступ в стене. Залезла прямо под висящий ковёр.
— Тебе пора работать, — сказал кто-то грубым мужским голосом. — Мустафа велел тебе носить в прачечную бельё из комнат. Поторопись.
Мансур сложил ладони перед лицом, поклонился и последовал за мужчиной. Жанет подождала ещё немного и побежала в свою комнату.
Продолжение тут
Другие мои рассказы здесь