Образы старых легенд подобны клубку, который можно разматывать бесконечно, находя множество новых смыслов и неожиданных узелков...
В массиве легенд о короле Артуре сложно найти двух более непохожих героинь чем королева Гвиневер и волшебница Шалотт. Королева - одна из самых активных героинь в артуриане. Это она, находит в лесу раненного рыцаря и велит своим служанкам ухаживать за ним (так король Артур впервые встречается со своей будущей королевой), именно Гвиневер, заметив во дворе своего замка незнакомого рыцаря, не только спускается поболтать с ним, но и практически провоцирует Артура на любовное признание, именно королева тайно подает Ланцелоту, позабытый тем накануне посвящения меч, чем и вызывает в рыцаре пробуждение чувств, и именно королева тянет время на суде, чтобы дать Ланселоту время приехать и спасти ее. Кстати, даже в этот момент Гвиневер полна решимости и лишена смущения:
Она стояла без стыда,
Не опуская головы, не отводя глаза,
Откину волосы с лица, и смело отвечала...
"Защита Гвиневер" Уильям Моррис.
Тогда как, волшебница Шалотт максимально пассивна. Вся ее жизнь сосредоточена в стенах одного замка, где она обречена на то,чтобы бесконечно прясть свои прекрасные, но никем не видимые магические ткани. Вся ее активность сосредоточена в последнем шаге ее жизни, когда она садится в лодку и устремляется в Камелот.
Это прекрасно подчеркивает в своей поэме "Волшебница Шалотт" Альфред Теннисон, который посвящает добрую половину своего произведения неспешному описанию жизни девушки, а вот отплытие занимает в поэме лишь два восьмистишия (в переводе Светланы Лихачевой даже немного меньше).
Вниз сошла она, к причалу,
Где волна ладью качала,
И вдоль борта начертала:
"Волшебница Шалотт".
Как жрец, с судьбой вступивший спор,
Свой прозревает приговор,
Сквозь дымку, за речной простор
Она остекленевший взор
Вперила вдаль, на Камелот.
А в предзакатной тишине
Цепь отвязала, и в челне
Вдаль заскользила вслед волне
Волшебница Шалотт.
Однако, эти различия в жизни героинь поверхностны. Да, леди Шалотт заточена в волшебном замке и сама она такую жизнь, скорее всего, не выбирала, тогда как, Гвиневер сама стала вершительницей своей судьбы. Однако обе они в итоге наказаны именно за проявление собственной воли, за поступок идущий в разрез с тем поведением, которого от них ожидает общество.
Обе легенды были очень популярны в викторианские времена, главным образом благодаря их поэтическим пересказам, изложенным Альфредом Теннисоном в поэме "Волшебница Шалотт" и Уильямом Моррисом в поэме "Защита Гвиневер".
Собственно, вердикт викторианской общественности относительно поведения героинь можно изложить в одной фразе: "Незамужней девушке (леди Шалотт) не к лицу бегать за мужчиной, а замужней даме (королеве Гвиневер) следует быть в своих действиях осторожнее". Кто именно стал автором этого опуса не известно, но его сохранил в своем дневнике Уильям Моррис, как отзыв одного из слушателей на чтение обеих поэм.
Однако, если всмотреться вглубь легенд, то их мораль окажется намного многограннее, ведь обе девушки - соперницы. Они обе влюблены в Ланцелота. (Это именно ради него леди Шалотт покидает свой зачарованный остров).
Причем в некоторых ранних версиях легенды Элейн из Астолата (практически все исследователи артурианы согласны, что образ леди Шалотт вырос именно из образа этой героини ранних артуровских легенд) не просто влюбленная в Ланцелота девушка, но и его жена, которая отправляется в Камелот только после того, как увидела в зачарованном зеркале, что ее муж ей изменяет.
Леди Шалотт и королева Гвиневер это не просто образы замужней дамы и незамужней девушки, это образы женского поведения, выигрышного и проигрышного. Леди Шалотт, подобно Ассоли ждала своего принца у окна, а, заметив его, бросилась вслед, и была отвергнута. Тогда как, королева не просто совершает поступки, она провоцирует мужчин на ответные действия и получает желаемое.
Интересно, что Гвенивер, совершившая очевидно куда более тяжкое преступление, чем леди Шалотт, остается жива (Ланцелот, как мы знаем, спасает королеву и увозит ее в свой замок во Форанции, но она отказывается стать его женой и уходит в монастырь). А вот леди Шалотт погибает, так и не достигнув Камелота.
Как видите, стратегию "мягкой силы" изобрели не сегодняшние психологи. Еще прозорливые матушки средневековья транслировали своим дочерям эти прописные истины на примере легенд и старинных баллад.