Только один раз слышала Наталья Семеновна от своей матери этот рассказ. Быль это или правда – сейчас и не узнаешь. Времени столько прошло, все поросло травой. Историю целой страны и то переписывают, перекраивают на свой лад, а тут история одной семьи. Что-то уже позабылось и, кажется, будто и не было вовсе, но помнит она только одно. Война была…
Отец Натальи Семеновны – Семен Ильич, как и все, в 41-ом был призван на фронт. Воевал, врага не боялся – бил его не щадя. Однажды попал в окружение, был тяжело ранен, из всего взвода один и выжил.
Много лет прошло с того времени....
На улице вот уже четвертый день шел не переставая ослепительно белый снег. Валил огромными хлопьями, будто пытался скорее закрыть все следы канувшей в небытие осенней слякоти. Наталья Семеновна стояла возле окна и смотрела куда-то вдаль, изредка поглядывая на часы с кукушкой, висящие над столом, словно ждала кого-то. В квартире было тепло и пахло только что испеченными пирогами специально для моего прихода.
В плетеной корзине, неподалеку от окна, вальяжно развалившись, отдыхала рыжая кошка, вокруг которой резвились трое маленьких котят. Двое покрупнее, вцепившись друг в друга, катались из угла в угол, а тот, что поменьше, ухватившись за ухо матери, пытался ее разбудить. Сначала кошка не обращала никакого внимания на малыша, но когда его мелкие острые зубы впились в нос, она резко подняла голову и по-кошачьи протяжно зашипела. Испуганный котенок отлетел в сторону и прижал уши, ожидая наказания. Его братья времени даром не теряли: прекратив бороться, они быстро очутились под теплым бочком своей матери и сейчас боязливо поглядывали оттуда.
- Мама с папой жили в своем доме, в деревне, - начинает свой рассказ Наталья Семеновна и отвлекается от окна. - Ночью как-то стук в дверь. Отец ей и говорит: «Спи, Рая, я открою». И ушел. Минут десять его не было. Потом дверь в избу открылась, и повеяло холодом… Мама подождала его еще немного и сама решила выглянуть. Выходит, значит, а в комнате четыре солдатика. «Кого это притащило в такое время?», – подумала мама. А отец ей рукой машет: ну че, говорит, смотришь, на стол накрывай. Мои это, не волнуйся.
Мама спросонья заметалась по избе, кое-как стол накрыла. Один из солдатиков к ней подходит и тихо так говорит: «Вы простите нас, мы от своих отстали. Все никак догнать не можем». А отец маме потом шепчет: «Я попозже им баньку затоплю – пускай косточки свои попарят». Мама глянула на форму солдатика, охнула и осела на табуретку. А ночные гости тем временем за стол садятся, но не один к еде не притрагивается, ждут.
Отец рюмку поднимает: давайте, мол, за нашу Победу – мы ее заслужили! Тут самый молоденький солдатик его перебивает: «Семен Ильич, вы мою маму не видели?». Отец нахмурился, рюмку поставил на стол: «Был я у нее, Алеша, цветочки принес, да за тебя извинился, что не уберег».
Мама смотрела на все это как на страшный сон. «А почему молчит Жук? Он никого мимо себя не пропустит – такой лай устроит. Уж не отравили ли часом?», – подумала тогда она. А парень, который к ней подошел, встает из-за стола: спасибо, мол, за все, но нам идти надо.
Мама заволновалась: «Как идти, ничего же не поели». Солдатик тот ей и отвечает: «Нам к своим пора, загостились! Утро уже скоро». «Я с вами! – запротестовал отец. - Сейчас только оденусь». Схватил ватники, кофту, начал на себя все это напяливать. Вытаскивает старую двустволку. Мама на него набросилась, хотела голос повысить, да слова в горле застряли.
И тут отцу плохо стало: по стенке на пол сполз. "Душновато у нас, - еле шевелит губами. – Сейчас отдышусь...". Мама к солдатикам бросилась: «Родные, вы бегите, он вас догонит, попозже...». Ночные гости переглянулись и молча вышли. Мама прижалась ухом к запотевшему окну, но шагов так и не услышала. Ждут, наверное... Но почему молчит Жук?
Мама уложила отца в кровать, и он ей всю ночь рассказывал, как выходил из окружения, как думал каждую минуту о своей ненаглядной и благодаря этому остался жив, как благодарен ей за детей, как мог этого всего не увидеть… А на утро его не стало.
Когда я приехала за мамой, чтобы забрать ее в город, она отказалась ехать: не захотела оставлять отца. Каждый вечер она садилась у окна и смотрела туда, где по рассыпанным на сугробе сухарям прыгают галки. Где возле своей конуры что-то выискивает носом большая рыжая дворняга по кличке Жук. Туда, где чьи-то следы запорашивает ослепительно белый снег.
Буду рада вашим лайкам и подписывайтесь на мой канал "ЗАПИСНУШКА"