«Я хотел уничтожить коммунизм и невыносимую диктатуру над людьми, я не хотел развались СССР» - рассказывал последний генеральный секретарь ЦК КПСС Михаил Сергеевич Горбачев в своем выступлении на семинаре в Американском университете в Турции. Споры о том, какие цели преследовал Горбачев, начиная перестройку и отказываясь от идеологии коммунизма, державшего советские республики вместе, ведутся и по сей день.
Не менее спорной остается и роль первого и последнего министра внешних сношений СССР Эдуарда Шеварднадзе. В свое время он стал одним из ближайших соратников последнего генсека СССР. Его назначение на должность министра иностранных дел СССР стало шагом навстречу Западу – в США Шеварднадзе называли «белый лис» за его седые волосы, гибкость, хитрость и умение настаивать на своем в ведении переговоров.
Политику Шеварднадзе часто называли прозападной, и, если Горбачев всегда твердил о демократических идеалах и стремлении избавить Европу от диктатуры, то Шеварднадзе хотел другого. Чего – становится очевидным из его дальнейшей судьбы.
Когда пути двух идейных соратников разошлись?
20 декабря 1990 года Эдуард Шеварднадзе во время съезда народных депутатов СССР заявил о своей отставке в знак протеста «надвигающейся диктатуры» против перестройки. Той самой, с которой так упорно боролся Горбачев. Накануне этого Горбачев учредил должность вице-президента СССР – специально для своего соратника.
В своем интервью BBC Шеварднадзе рассказывал, что знал о надвигающемся военном перевороте, предупреждал о нем Горбачева, но тот ему не верил. Тогда он принял решение уйти – по его словам, Янаев готовился стать новым президентом и расстрелять прежнюю власть, имя Эдуарда Амвросиевича числилось в нем под номером 2.
Так или иначе, но спустя пару лет после отставки он стал Главой независимой Грузии, а позже – ее вторым президентом. Шеварднадзе руководил страной до 2003 года, когда в результате очередного переворота к власти пришел более энергичный, молодой Саакашвили.
А Горбачев после распада СССР остался «под колпаком» ФСБ – он неоднократно жаловался, что его семью и его самого «блокируют», телефоны прослушиваются, книги принимаются в печать только подпольно.