Я обещал вечеринку.
Лучшую.
Обещал!
Если мужчина не держит слово, то грош цена ему.
В день твоей свадьбы — танцы и музыка, не печаль.
Гости, утрите же слёзы.
И прочь стенания.
В воздух бросайте розовые лепестки,
в пыль под ногами сыпьте горстями монеты.
Пусть моё сердце обуглилось от тоски,
я не забуду август этого лета:
всё, что черно, я себе навсегда беру,
если тебя невестой назвал Бейрут.
Десять вас было, мчавшихся первыми на пожар.
Знать, что ты не вернёшься — невыносимо.
Разве забудется твой фейерверк, Сахар,
где в килотоннах — десятая часть Хиросимы?
Искры мерцают, и дым фатой на ветру.
Так наряжает невесту свою Бейрут.
Девятерых не нашли.
А единственное из тел
пламя вернуло.
Твоё.
Ты сегодня танцуешь в белом.
День твоей свадьбы запомнят таким, как хотел
я.
Но прости, не таким, как бы ты хотела.
Гроб, ослепительно-белый, качают десятки рук:
это хоронит невесту свою Бейрут.
И под ногами процессии — слышишь? — дрожит земля.
Разве опять магнитуда в три балла, как после взрыва?
Это не я, а Бейрут тебя в жёны взял,
зная, кого ты больше жизни своей любила.
Быстро, как быстро прошла она этот путь:
от медсестры до невесты твоей, Бейрут.
Я обещал тебе свадьбу.
И сделал как обещал.
Кто-нибудь сможет забыть эту брачную церемонию?
Небо роняет над нею не капли дождя —
пепел Бейрута.
И пахнет нитратом аммония.