Мне пришлось ждать тренировочный протез почти неделю. И если сейчас на протезном заводе для того, чтобы приготовить человека к протезу, делают массажи, разрабатывают контрактуры, то в те времена я просто ждала, и почти каждый день ходила на примерки, потому что моя культя все таки оказалась сложной, и гильзу приёмника приходилось подгонять под мои шрамы и выпуклости. Но это время не прошло для меня даром, я училась терпению и упорству у своих коллег по ампутации.
Через семь дней мне принесли это чудо, мою искусственную ногу и показали, как одевать. Да, я конечно его надела, мне помогли, но сказать, что на нем сразу можно было пойти, я не могу. Это был совершенно чуждый мне предмет, я его не ощущала. А так же я не чувствовала того, что он может заменить мне ногу. Это была тяжёлая конструкция, стоять на ней было можно, а для того, чтобы на ней пойти, надо было для начала её хотя бы переставить, а весила она семь кг, не так уж мало.
Но наглядевшись на тех, кто в коридоре, я понимала, что просто пойти у меня не получится, надо учиться. И я начала. Прямо сразу. Для уверенности я взяла костыли, ведь на них то я до фига чего умела, они всяко разно мне помогут. Опять же я понимала, что костыли надо использовать, как страховку, а не как основное средство передвижения, поэтому делаем упор на искусственную ногу, и как умеем шагаем по этому длинном коридору, до туалета и обратно.
Я до сих пор помню тот мой первый выход на протезе по длинном коридору протезного завода, который после двух шагов на протезе показался бесконечным. Я ползла даже не как черепаха, а как улитка. Мне мешало все, костыли, протез, чехол, крепления, все было не так, все было не по мне, мне хотелось снять все это, сесть посреди коридора и плакать. Но вокруг были такие же страдальцы, и я догадывалась, что они испытывают те же чувства, но вопреки психозу шагают и шагают, и я шагала. Сначала в одну сторону, потом в другую.
Я не знаю, сколько времени и сил мне понадобилось, чтобы пройти коридор сначала в одну, а потом в другую сторону, с меня тёк пот, моя новая нога вертелась вокруг культи, в пах давила гильза, в общем мне все не нравилось, но я шла, ползла, передвигалась, и дошла до своей кровати, наконец то. Обессиленная я села и сняла протез. Вот тогда я увидела свои первые раны и по простому заплакала. Мне было так жалко себя! Ну сколько же может продолжаться издевательство надо мной? Я устала, у меня нет сил!
Больше в этот день я никуда не пошла. Мои силы закончились, и моральные и физические. Вид моей крови в очередной раз, просто украл все моё внутреннее упорство. Мой ресурс иссяк на одном коридоре. Где вообще взять этот ресурс на дальнейшие действия я не знала, а ещё я не знала, как залечить свои раны, чтобы завтра продолжить обучение. Если сейчас рядом с тем, кто делает первые шаги, стоит рядом целая толпа, протезист, техник, врач, массажист, и все его поддерживают и помогают, тогда, в восьмидесятые прошлого века этого не было, и я сидела на кровати, умываясь слезами, и не знала, как дальше жить.