Илья расхаживал по крыльцу и отчаянно импровизировал

10 сентября 202110 сен 2021

1 мин

Головы сделали рывок по направлению друг к другу и затянули шейный узел еще туже.

– Какой темперамент! – покачал головой Илья.– Я вас, пожалуй, не буду распутывать, не то опять передеретесь.

– Папа, спасай! – просипела Левая.– Дышать нечем.

– А буянить больше не будете?

– Мы больше не будем,– с натугой прошелестели головы.

– Попробую поверить. Так... ты морду назад... да не ты, а та, у которой фингал под правым глазом... Хорошо... А теперь ты, бард наш посадский, ныряй в ту петлю... Отлично... Не прошло и двух минут, как драконьи морды вздохнули с облегчением, покачиваясь на длинных шеях. – Ну миленькое, ну что тебе стоит? Прости ты дурня старого, мужлана неотесанного. Позволь хоть одним глазком глянуть, что в посаде делается.– Василиса нежно поглаживала зеркальце.– Сердце мое изболелося, исстрадалося.– На зеркальце упала первая слезинка. Стеклянная поверхность нервно вздрогнула. – Ну разве что одним глазком,– неуверенно пробормотало оно. – Одним, одним,– обрадовалась медведи

Головы сделали рывок по направлению друг к другу и затянули шейный узел еще туже.

– Папа, спасай! – просипела Левая.– Дышать нечем.

– А буянить больше не будете?

– Мы больше не будем,– с натугой прошелестели головы.

– Кощей.

– А разве не ты?
– Не я.
– А за что мы тебе морду били?
– Вы мне? Ха-ха...
Головы сделали рывок по направлению друг к другу и затянули

шейный узел еще туже.
– Какой темперамент! – покачал головой Илья.– Я вас, пожалуй, не

буду распутывать, не то опять передеретесь.
– Папа, спасай! – просипела Левая.– Дышать нечем.
– А буянить больше не будете?
– Мы больше не будем,– с натугой прошелестели головы.
– Попробую поверить. Так... ты морду назад... да не ты, а та, у

которой фингал под правым глазом... Хорошо... А теперь ты, бард наш посадский, ныряй в ту петлю... Отлично...

Не прошло и двух минут, как драконьи морды вздохнули с облегчением, покачиваясь на длинных шеях.

– Ну миленькое, ну что тебе стоит? Прости ты дурня старого, мужлана неотесанного. Позволь хоть одним глазком глянуть, что в посаде делается.– Василиса нежно поглаживала зеркальце.– Сердце мое изболелося, исстрадалося.– На зеркальце упала первая слезинка. Стеклянная поверхность нервно вздрогнула.

– Ну разве что одним глазком,– неуверенно пробормотало оно.

– Одним, одним,– обрадовалась медведица, торопливо вытирая слезы мохнатой лапой. Зеркальная гладь пошла голубыми волнами, и перед глазами Василисы появилась сердитая физиономия Чебурашки, яростно колошматившего черпаком по драконьим мордам.

– Ах,– всплеснула лапами пораженная Василиса,– Чебурашка... – Зеркальце отлетело в сторону.– Какая битва! Какой героизм!

– Ну все! – послышалось из кустов.– Последняя трансляция. Больше не заикайся и не канючь. Точка!

– Ты пойми, Горыныч, рифма – это еще не все. Главное – смысл и вдохновение, которое связывает смысл с рифмой.

Илья расхаживал по крыльцу и отчаянно импровизировал. В поэзии он был полный ноль, однако положение обязывало. Горыныч слушал затаив дыхание. Случайно открывшуюся тайную страсть Центральной капитан решил использовать в своих целях. Задача, которая стояла перед ним, была под силу разве лишь опытному дипломату. Первое: обеспечить себе спокойную ночь в этой дикой компании, дабы наконец-то отоспаться. И не в пьяном угаре, а нормальным, трезвым человеческим сном. Второе: обеспечить охрану этого самого сна и утилизировать «эликсир», который на глазах начал портить представителей сказочного царства. В выгребную яму его отправлять было нельзя. Не так поймут. Понимая, что Горыныч натура непредсказуемая, капитан решил направить его энергию в мирное русло. Объединив эти задачи