Во тьме, порождённой пламенем мрака, в многоликих измерениях отчаянья и скорби, правит повелитель Минос. Властелин прошедших по земле людей, отринувших свет и ставших тенями. Всех, кто выбрал при жизни мрак и канул во мрак по смерти. Кто понадеялся на мудрость, богатство и власть, но был обманут в своих надеждах непроглядной тьмой…
Минос, Минос! Что стало с тобой, совершенное дитя и могучий муж, первый земной царь, получивший власть милостью богов? Где красота твоей души, куда подевалась её вещая правда? Смотри, смотри: ничего не стало… и сам не видишь, потому что у тьмы нет отражения…
Слушай и знай, ты обратился в адского изверга, подобного бычьей туше, в чреве которого нашли обитель черви да змеи; как василиск ты обратил природу свою, став беременным злом. О такой участи мечтал ты, венценосный первенец поправший клятву? Ты, обесценивший меру правды и лжи, извративший движения духа, исковеркавший основы всякого слова!
Твоим кощунством разверзлась земля, из тёмных, допотопных глубин которой вышло то, чему раньше не было места под солнцем. Не было и не должно быть. Явленное зло не сотрясло, не ужаснуло и не остановило тебя, и ты воздвиг Лабиринт – прообраз всех проклятых городов, каменных ловушек, пожирающих тела и души. Ты вызвал к жизни идолов, жаждущих человеческих жертв; идолов ненасытных, которые никогда не остановятся во зле…
Нет меры вины твоей, Минос, правитель на девять лет, сделавший зло ремеслом, чеканящим неправду, как фальшивые монеты. Ты первый кто правил, опираясь на ложь и пороки, кто стал врагом правды и любой добродетели. Не в твоём ли царстве, Минос, запретили думать и чувствовать, как того желает Природа? И не ты ли взрастил химер, провозгласив их земной солью?
Теперь ты, Минос, точно змей пожирающий себя, но узлы твоего нутра не способна распутать сама Смерть. Оттого не будет ни освобождения, ни забвения: тебя ждёт вечный ад, что некогда сам взрастил в себе, а ныне он вырвался наружу и поглотил тебя без остатка. И твоё прозябание безнадёжнее ада…
У шарманщика теней
есть совет на сто рублей:
на балу у сатаны
вы и даром не нужны.
Так банально и старо:
Коломбина бьёт Пьеро,
а красавец Арлекин
задом пялится в камин.
Роль шута и дурака
отточилась за века, –
но теперь её наряд
обошьёт портняжка ад.
Ваши шкуры и тела
он отмажет добела,
и зудящий свищ души
абортирует в тиши.
Даже если повезёт,
выйдет всё наоборот,
и под палево волос
вам устроят адский вброс:
Добрый дедушка Аид
нефтью грешников поит,
и сжижает их на раз
в углеводородный газ.
И зияющая хмарь
пробубнит, как пономарь:
"У-по-ко-ят на-всег-да
Антрацитные луга…"