Сиди и не высовывайся

– Ну ты, червяк-переросток! Покажь харю! Я ее чистить буду!
Истошный вопль петуха заставил Левую рвануть влево, Правую вправо, а Центральную вперед. Левая шея подрубила левые ноги, Правая – правые, а Центральная боднула хвост. Многотонная туша ящера разом осела, припечатав длинные шеи к земле. С изумлением смотрел Илья на жалобно выпученные глаза Центральной, глядящие на него из-под хвоста. До него наконец-то дошло, что собой представляла конструкция странного «аппарата». Никита Авдеевич восторженно заквохтал, радуясь произведенному эффекту. Петуха явно штормило, но никакая качка не могла сбить воеводу с курса. Он увидел цель! Левая придушенно шипела, едва выглядывая из-под придавившей ее ноги. Никита Авдеевич попытался поставить ногу на голову поверженного врага, но она едва доставала до нижней губы. Потеряв равновесие, воевода шлепнулся на землю, очень обиделся и вновь заорал:
– Ваня! Бей его! Я свою уже уделал!
– Щас, Горыныч, обожди чуток,– ошарашенный таким поворотом событий, засуетился Илья.– Ты потерпи, я что-нибудь придумаю.
Он, спотыкаясь, обежал вокруг дракона, оценивая обстановку, по пути схватил петуха за ногу, отволок в горницу, сердито шикнув:
– Сиди и не высовывайся, вояка! Это ж уникальное животное. В Красной книге хрен найдешь, а ты...
Илья махнул рукой и бегом рванул обратно. В голове у него созрел план действий.
– Горыныч! – заорал он, обращаясь преимущественно к Центральной.–






Действуй по моей команде! Понял?
Глаза Центральной яростно заморгали, давая знать: все, мол, понял,
только поторопись, а то дышать очень хочется.
– Крылья вверх! – С резким хлопком расправились крылья, затмевая
звезды над головой капитана.– Хвост поднять!
Горыныч послушно поднял хвост.
– Как скажу «взлет», бей крыльями что есть силы! Понял?
Глаза Центральной вновь замигали, выражая полную готовность.
– Взлет! – рявкнул Илья и подкрепил свою команду, вонзив тесак в
«бомболюк вертолета».
Воздушной волной капитана отшвырнуло метра на три. Горыныч
взметнулся вверх и запрыгал по подворью, схватившись крыльями за «бомболюк». Удовлетворенный успешной операцией по спасению жизни редкого животного, настолько редкого, что его даже в Красную книгу занести не удосужились, капитан вернулся на крыльцо, стараясь по дороге не попасть под «танцующего» Горыныча. Последний вскоре устал прыгать и повернулся к «доктору». Шесть налитых кровью глаз впились в капитана, невозмутимо примащивавшегося на верхней ступеньке.
– Ну ты! Знахарь-недоучка! Коновал несчастный! Че, других способов нет?
– Э, братан. Да ты в этой глухомани от жизни отстал,– спокойно ответил Илья, с удовольствием отхлебывая из кувшина.– Самым продвинутым методом лечу. Китайская медицина. Иглоукалывание называется. Панацея от всех бед.
– Ты мне что, панацею туда засунул? – Центральная голова нырнула под хвост.
– Тащи ее оттуда,– загомонили Правая и Левая.
– Поздно,– успокоил их капитан,– теперь пока сама не рассосется...
– Дурацкий метод,– категорично заявила Левая.
– Зато эффективный,– возразил Илья.