Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

С кем останется ребенок после развода, или прикол от органов опеки.

Марина очень переживала, с кем суд оставит дочку после расторжения брака. Молодая, стройная, красивая и умная женщина, выглядела так, как будто ей на плечи повесили мешок кирпичей, который неумолимо тянул ее к земле. Я ей сто раз сказал уже: «Марина, будьте спокойны! Ребенок – девочка, ей 5 лет, Вы – нормальная мама, на учете у нарколога и психиатра не состоите… Справки из детсада о том, что там появляетесь только Вы, а мужа они не видят, и отличную характеристику с Вашей работы мы взяли. Чего бояться? Ну какой судья отдаст ребенка отцу при таких условиях?» А она все равно переживала. Умом все понимала, но все равно задавала себе этот нелогичный, даже глупый вопрос: «А вдруг?». Это и был тот мешок кирпичей, который не давал ей счастливо жить последние несколько месяцев. В общем то это был заурядный бракоразводник, история, характерная для многих: женились они рано, Марине было 19, Юре – 20 с небольшим. Родили двух девочек, Юле на момент расторжения брака было 19, Майе – 5 лет. Прожили
Картинка из открытых источников
Картинка из открытых источников

Марина очень переживала, с кем суд оставит дочку после расторжения брака. Молодая, стройная, красивая и умная женщина, выглядела так, как будто ей на плечи повесили мешок кирпичей, который неумолимо тянул ее к земле. Я ей сто раз сказал уже: «Марина, будьте спокойны! Ребенок – девочка, ей 5 лет, Вы – нормальная мама, на учете у нарколога и психиатра не состоите… Справки из детсада о том, что там появляетесь только Вы, а мужа они не видят, и отличную характеристику с Вашей работы мы взяли. Чего бояться? Ну какой судья отдаст ребенка отцу при таких условиях?» А она все равно переживала. Умом все понимала, но все равно задавала себе этот нелогичный, даже глупый вопрос: «А вдруг?». Это и был тот мешок кирпичей, который не давал ей счастливо жить последние несколько месяцев.

В общем то это был заурядный бракоразводник, история, характерная для многих: женились они рано, Марине было 19, Юре – 20 с небольшим. Родили двух девочек, Юле на момент расторжения брака было 19, Майе – 5 лет. Прожили в браке 20 лет… Жили в его 3-х комнатной квартире.

Инициатором развода была Марина. В какой-то момент она просто собрала вещи, забрала малышку (старшая, совершеннолетняя дочь уже жила отдельно), и вернулась к себе в коммуналку, в которой жила до свадьбы. «А вдруг суд посчитает, что ребенку с отцом в его трёшке лучше, чем со мной в коммуналке?» - задавалась вопросом она.

Юра сначала не верил в искренность намерений жены о разводе. Он считал, что женщина просто пытается им манипулировать. Потом он пытался поговорить, объяснить, сохранить брак. Не понимал он того, что если женщина предъявила иск о расторжении брака в суд – уже поздно предлагать «начать все сначала». Это мужской порыв развестись совершенно не означает того, что развод состоится. А вот если женщина инициирует процедуру, то это означает, что все попытки сохранить брак с ее стороны уже состоялись. Как правило...

«Ах так?» – сказал он, и предъявил встречный иск об определении места жительства ребенка с ним. Это был жест отчаяния. Он четко понимал, что это не улучшит отношений с женой. Он рассчитывал только на ее страх. А вдруг? Терять то нечего…

По делам об определении места жительства детей суд обязан привлечь к участию в деле территориальный орган опеки и попечительства, который дает заключение (свое мнение) по делу. В ходе судебного заседания представитель опеки зачитала следующее: «В ходе посещения места жительства матери ребенка – комнаты 12 метров в коммунальной квартире – установлено: в жилом помещении чисто, спальное место у ребенка есть, в комнате есть холодильник. Едой: супом, мясом, овощами, фруктами, ребенок обеспечен. В помещении есть детские книжки, игрушки. Вывод: в указанном помещении созданы условия для нормального проживания ребенка. В ходе посещения места жительства отца ребенка – 3-х комнатной квартиры, площадью 60 метров, установлено: в квартире ведется ремонт (мой комментарий: муж решил комнатные двери поменять), спальное место, игрушки, детские книжки отсутствуют (мой комментарий: правильно, жена с собой все забрала), вывод: в жилом помещении не созданы условия для проживания ребенка… и т.д... На основании изложенного опека считает правильным определить место жительства ребенка с мамой».

Я не верил своим ушам. Нет, безусловно, я был рад такой интерпретации жилищных условий, но не думал, что можно так креативно подойти к делу. Судья, чуть улыбаясь, смотрела в окно, а Марина первый раз спокойно вздохнула. Процесс мы выиграли.
Выйдя на улицу, Марина позвонила старшей дочке и сказала: «Все хорошо, солнышко, покупай шампанское и приезжай в коммуналку». Мы попрощались. И тут я отметил разительные перемены, произошедшие с женщиной. Она расцвела. Она не просто улыбалась, - она сияла. Она сбросила со своих плечей этот ненавистный мешок кирпичей, и пошла по летней зеленой аллейке вдоль Нагатинского суда, легкой походкой свободной и счастливой женщины, у которой все хорошо, и она идет пить шампанское…. Это было восхитительно!

Всем счастья!

Автор консультирует по телефону +7 966 058 02 38.

Подписчикам первая консультация - бесплатно!

Благодарю за прочтение! Если понравилась статья, ставьте лайк и подписывайтесь на канал, и тогда вы точно не пропустите новое и интересное в мире юриспруденции!