Уже год как в России активно обсуждается введение «цифрового налога», но не все знают, что это общемировая практика. Сейчас налоговое законодательство стремительно отстает от динамичного мира технологий. И международные корпорации активно пользуются этой ситуацией.
А именно, они зарабатывают миллиарды долларов буквально во всех странах. Но налоги там не платят. Вместо этого, они регистрируют прибыль в низконалоговых странах, таких как Люксембург или Ирландия, что позволяет корпорациям серьезно экономить.
Почему государства озаботились «цифровыми налогами»?
Страны «Большой семерки» (США, Канада, Великобритания, Германия, Франция, Италия и Япония) на саммите в британском Корнуолле договорились разработать новый налог в размере минимум 15%. С этим решением согласилось еще 130 стран.
Но из-за разницы в налогообложении, разработка единых правил затянулась. Тем временем несколько европейских стран решили не дожидаться и ввести собственные национальные налоги на прибыль, пионером тут стала Франция.
Дело в том, что специфика ИТ-компаний заключается в отсутствии физических носителей. И если, продавая что-то физическое, вы не сможете уклониться от уплаты налогов, то с онлайн-продажами услуг или нематериальных товаров все гораздо сложнее.
Конкретного локального производства у них тоже нет, а значит можно просто зарегистрироваться в той стране, в которой налоги обходятся дешевле.
В итоге, крупнейшие мировые экономики недополучают миллиарды долларов. И рано или поздно это должны были заметить.
Почему «цифровой налог» так важен именно в России?
Францию с Россией объединяет одна неочевидная вещь – развитые локальные ИТ-сервисы и услуги. Это растущая и перспективная индустрия, которая чрезвычайно важна для экономики.
Проблема заключается в нечестной конкуренции со стороны международных корпораций. Пока последние платят низкие налоги, локальные сервисы и ИТ-компании вынуждены честно рассчитываться со своим государством.
А все это влияет на стоимость их услуг, на конкурентоспособность и развитие.
